А что у цветочного магазина делает вывеска "одежда"
[/b]L'histoire de La Villet - автор: La Stella
-
Лёлик Ромеосская
- Летящая к солнцу
- Сообщения: 13709
- Зарегистрирован: 13 авг 2005, 20:31
Очень-очень-очень!
А магазин вроде не просто цветочный, а типа универмага.
А магазин вроде не просто цветочный, а типа универмага.
История семьи Алонсо. Династия с острова Санлит Тайдс.
-
AnnBrutality_Pelm.
- Студент
- Сообщения: 307
- Зарегистрирован: 29 окт 2006, 06:55
- Откуда: Иваново
- Контактная информация:
-
Вайра Треми-Ромеосская
- Walking disaster
- Сообщения: 4534
- Зарегистрирован: 22 окт 2006, 12:38
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
Мне не нравится только одно - это скрины, но не качество..., а то что их вечно приходится открывать :? ...Наслаждения никакого...Сюжет интересный...Не могу сказать: нравится или нет...
(бывшая кити олеандерс - кто ещё помнит)
Первый человек, который бросил ругательство вместо камня, был творцом цивилизации.
// (с) Зигмунд Фрейд //
Первый человек, который бросил ругательство вместо камня, был творцом цивилизации.
// (с) Зигмунд Фрейд //
Можете возрадоваться)))
С марта меня перевели на другой интернет-тариф. Теперь у меня скорость вместо 100Мб/с 32 Кб/с
, но зато полная и абсолютная безлимитка. Так что теперь картинки будут нормальные.
Глава 23, или Инициация
– Ты поймёшь: боль… бывает только в первый раз.
«Опасные связи»
Корделия и Генрих танцевали. В саду не было музыки, но для них обоих она звучала.
В сердце – у него.
В сознании – у неё.
– Ты великолепна, – шептал Генрих, – ты самая удивительная и замечательная женщина в мире… Я обожаю тебя…
Он нежно обнимал жену, гладил её плечи – такие хрупкие, целовал руки и губы, чувствовал аромат нежной кожи… Ловил взглядом завораживающе-рубиновый блеск прекрасных глаз…
«Забудь её, – отчаянно молила Корделия, как будто чем сильнее будет её мысленная просьба, тем больше вероятности, что оная исполнится. – Забудь! Пусть завтра я не услышу от тебя ничего этого, пусть завтра ты перестанешь думать обо мне – но и о ней тоже!
О небо, ну до чего я дошла – пою приворотным зельем собственного мужа!…»
…Но никакое зелье не способно убить настоящую любовь; усилия Корделии были напрасны. Женщина устало дремала, прижимаясь щекой к холодному шёлку подушки и надеясь, что Генрих выбросит из головы… в общем, ту, которой там, в мыслях Генриха, совсем не место. А Генрих спал, повернувшись к жене спиной, и видел сон, в котором та самая, о которой ему совсем не следовало думать, обнимала его, целовала – в общем, делала всё то же, что и Корделия совсем недавно. Но это была не жена, а Сара – милая, дорогая Сара, добрая, нежная и настолько… не-вампирша…
Но на следующий день обоих вампиров отвлекло от моральных терзаний новое событие.
Поглядев утром на дочь, Корделия вдруг схватилась за голову:
– Неужели уже? Так скоро…
– Как ты быстро выросла, Анни… – ностальгически вздохнул Генрих и подумал о том, что у Сары тоже растёт дочь. Его дочь… но теперь она младше Анриетты – ведь вампиры быстрее взрослеют…
– Так уж вышло, – огрызнулась девушка. – Ма, неужели ты хочешь сказать, что вы в конце концов проведёте Инициацию?
– Да, время пришло, – кивнула Корделия.
Анриетта торжествующе, радостно рассмеялась.
– Наконец-то!
Вечером того же дня Анриетта стояла во дворе замка. От струй воды, бивших из фонтана, веяло прохладой; воздух был чист, небо – темно. «Я вампир, – говорила девушка себе. – Я вампир по крови. Вот-вот я им стану и во всех прочих смыслах…» Ей было страшно – ведь впереди лежала неизвестность. Но она всё равно была рада – она давно ждала Инициации, мечтала об этом… о том времени, когда сможет, наконец, стать такой же, как родители…
Генрих и Корделия стояли по обе стороны от дочери, оба в церемониальных костюмах – как и Анриетта. Бледные отблески белых свечей только подчёркивали контраст чёрной ткани и синевато-белой кожи. Переглянувшись с матерью, Анриетта нервно, но счастливо улыбнулась.
По правилам, Инициацию потомка мужского пола проводил отец, женского – мать.
Корделия тихо заговорила. Слов было не разобрать, да и язык оказался незнакомый… Анриетта читала об Инициации и слышала рассказы родителей, но всё ещё смутно представляла себе, как это бывает. Голос Корделии набирал силу и становился всё ниже, глубже… Вдруг на кончиках её пальцев проявилось светящееся марево. Оно заструилось к Анриетте, увеличиваясь с угрожающей скоростью. Но девушка знала, что бояться нечего… и с наслаждением вдохнула фиолетовый туман.
Боль пронзила шею, словно кто-то перебил несколько самых важных сосудов. Собственно, так и было, но Анриетта осознала это не сразу. Она поняла, что из неё вытекает… а больно-то как!… вытекает её кровь… вся кровь…
Но не жизнь.
Анриетта улыбнулась небу, попыталась усилием сознания заглушить боль и запрокинула голову ещё выше, чтобы матери было удобнее.
*
…Корделия отпустила шею дочери и облизнула губы.
– Довольна? – усмехнулась она.
– Не то слово! – фыркнула Анриетта.
– Ну что, Анни, добро пожаловать в наши ряды – в ряды вампиров! – бодро произнёс Генрих. Но сердце его сжала невидимая рука: ещё одна душа вступила на эту дорогу… на дорогу, с которой он сам страстно желает сойти…
Нет, вампиром быть хорошо… но он, Генрих, готов все блага этого положения обменять на одно. Имя этому «одному» – Сара Хёртнетт…
[*Не знаю, что у Анриетты с кожей. Голова нормальная, а тело странно синее. Видимо, глюк какой-то.]
АНОНС. Глава 24. Снова Академия...
* Саша - без макияжа;
* Сет - с усами;
* Эндрю - хакер-любитель;
* и всё прочее в том же духе...
С марта меня перевели на другой интернет-тариф. Теперь у меня скорость вместо 100Мб/с 32 Кб/с
, но зато полная и абсолютная безлимитка. Так что теперь картинки будут нормальные.Глава 23, или Инициация
– Ты поймёшь: боль… бывает только в первый раз.
«Опасные связи»
Корделия и Генрих танцевали. В саду не было музыки, но для них обоих она звучала.
В сердце – у него.
В сознании – у неё.
– Ты великолепна, – шептал Генрих, – ты самая удивительная и замечательная женщина в мире… Я обожаю тебя…
Он нежно обнимал жену, гладил её плечи – такие хрупкие, целовал руки и губы, чувствовал аромат нежной кожи… Ловил взглядом завораживающе-рубиновый блеск прекрасных глаз…
«Забудь её, – отчаянно молила Корделия, как будто чем сильнее будет её мысленная просьба, тем больше вероятности, что оная исполнится. – Забудь! Пусть завтра я не услышу от тебя ничего этого, пусть завтра ты перестанешь думать обо мне – но и о ней тоже!
О небо, ну до чего я дошла – пою приворотным зельем собственного мужа!…»
…Но никакое зелье не способно убить настоящую любовь; усилия Корделии были напрасны. Женщина устало дремала, прижимаясь щекой к холодному шёлку подушки и надеясь, что Генрих выбросит из головы… в общем, ту, которой там, в мыслях Генриха, совсем не место. А Генрих спал, повернувшись к жене спиной, и видел сон, в котором та самая, о которой ему совсем не следовало думать, обнимала его, целовала – в общем, делала всё то же, что и Корделия совсем недавно. Но это была не жена, а Сара – милая, дорогая Сара, добрая, нежная и настолько… не-вампирша…
Но на следующий день обоих вампиров отвлекло от моральных терзаний новое событие.
Поглядев утром на дочь, Корделия вдруг схватилась за голову:
– Неужели уже? Так скоро…
– Как ты быстро выросла, Анни… – ностальгически вздохнул Генрих и подумал о том, что у Сары тоже растёт дочь. Его дочь… но теперь она младше Анриетты – ведь вампиры быстрее взрослеют…
– Так уж вышло, – огрызнулась девушка. – Ма, неужели ты хочешь сказать, что вы в конце концов проведёте Инициацию?
– Да, время пришло, – кивнула Корделия.
Анриетта торжествующе, радостно рассмеялась.
– Наконец-то!
Вечером того же дня Анриетта стояла во дворе замка. От струй воды, бивших из фонтана, веяло прохладой; воздух был чист, небо – темно. «Я вампир, – говорила девушка себе. – Я вампир по крови. Вот-вот я им стану и во всех прочих смыслах…» Ей было страшно – ведь впереди лежала неизвестность. Но она всё равно была рада – она давно ждала Инициации, мечтала об этом… о том времени, когда сможет, наконец, стать такой же, как родители…
Генрих и Корделия стояли по обе стороны от дочери, оба в церемониальных костюмах – как и Анриетта. Бледные отблески белых свечей только подчёркивали контраст чёрной ткани и синевато-белой кожи. Переглянувшись с матерью, Анриетта нервно, но счастливо улыбнулась.
По правилам, Инициацию потомка мужского пола проводил отец, женского – мать.
Корделия тихо заговорила. Слов было не разобрать, да и язык оказался незнакомый… Анриетта читала об Инициации и слышала рассказы родителей, но всё ещё смутно представляла себе, как это бывает. Голос Корделии набирал силу и становился всё ниже, глубже… Вдруг на кончиках её пальцев проявилось светящееся марево. Оно заструилось к Анриетте, увеличиваясь с угрожающей скоростью. Но девушка знала, что бояться нечего… и с наслаждением вдохнула фиолетовый туман.
Боль пронзила шею, словно кто-то перебил несколько самых важных сосудов. Собственно, так и было, но Анриетта осознала это не сразу. Она поняла, что из неё вытекает… а больно-то как!… вытекает её кровь… вся кровь…
Но не жизнь.
Анриетта улыбнулась небу, попыталась усилием сознания заглушить боль и запрокинула голову ещё выше, чтобы матери было удобнее.
*…Корделия отпустила шею дочери и облизнула губы.
– Довольна? – усмехнулась она.
– Не то слово! – фыркнула Анриетта.
– Ну что, Анни, добро пожаловать в наши ряды – в ряды вампиров! – бодро произнёс Генрих. Но сердце его сжала невидимая рука: ещё одна душа вступила на эту дорогу… на дорогу, с которой он сам страстно желает сойти…
Нет, вампиром быть хорошо… но он, Генрих, готов все блага этого положения обменять на одно. Имя этому «одному» – Сара Хёртнетт…
[*Не знаю, что у Анриетты с кожей. Голова нормальная, а тело странно синее. Видимо, глюк какой-то.]
АНОНС. Глава 24. Снова Академия...
* Саша - без макияжа;
* Сет - с усами;
* Эндрю - хакер-любитель;
* и всё прочее в том же духе...
Превратилась в Злобного Филолога и упорхнула в небеса Alma Mater. In nomine... ameno.
-
Вайра Треми-Ромеосская
- Walking disaster
- Сообщения: 4534
- Зарегистрирован: 22 окт 2006, 12:38
- Откуда: Москва
- Контактная информация:
-
Лёлик Ромеосская
- Летящая к солнцу
- Сообщения: 13709
- Зарегистрирован: 13 авг 2005, 20:31
Читала и наслаждалась. Все просто отлично! А уж с большими скринами стало вообще прекрасно!
История семьи Алонсо. Династия с острова Санлит Тайдс.
Глава 24, или Новости
– А я вовсе не считаю, что меня обвели вокруг пальца. И пока ты мне не сказала, что меня обвели вокруг пальца, я чувствовала себя как нельзя лучше.
Терри Пратчетт
Сонное воскресное утро. Академия просыпается – зевает, потягивается… Из кухонь тянет ароматом свежего кофе и жарящегося бекона. Стучат открывающиеся окна, трещат велосипедные звонки – это газетчики развозят «Дейли Академия»…
Милое белое общежитие на Бёрч-стрит ничем не отличается от всех остальных домов Академии. Но скоро кое-что в нём должно было случиться. Точнее, открыться.
…Эндрю Онор сидел в компьютерном классе общежития и пытался проверить почту. Хронически глючный сервер никак не желал давать подключение, но попытки этак с пятой Эндрю наконец-то удалось пробиться в Паутину. Привычно пробегая взглядом строчки погоды, курсов валют, новостей, он вдруг замер. Потом, вздрогнув, поспешно щёлкнул по ссылке – и сердце его резко упало.
Зрачки Эндрю резко расширились, и он сдавленно вскрикнул.
«О чёрт!…»
Он вскочил и выбежал из комнаты.
«Я должен сказать ей, – мрачно думал Эндрю, поднимаясь по лестнице. – Должен – и скажу…»
Но с каждым шагом его решимость таяла, а скорость ходьбы уменьшалась, и в дверь комнаты сестры Эндрю постучал уже совсем неуверенно.
– Привет, – обрадованно воскликнула Саша. Судя по её виду, она только-только пришла из клуба. Несмотря на то, что девушка явно устала, выглядела она подозрительно весело. Впрочем, в последнее время это было обычно для неё. Вспомнив, почему, Эндрю неосознанно передёрнул плечами. К счастью, сестра ничего не заметила.
– Подожди, я сейчас, – добавила Саша, не давая брату ничего сказать. – Только смою эти безумные глазки… – Ухмыльнувшись, она показала на собственные густо накрашенные ресницы.
Эндрю покорно сел в кресло.
Он знал, что должен сейчас же рассказать ей, что узнал, ведь это важно, но…
– Что ты хотел, Энди? – безмятежно улыбаясь, спросила Саша.
Эндрю посмотрел на неё внимательно. Без макияжа она казалась лет на пять младше, чем была, и выглядела такой милой, нежной… она была так непривычно некрасива, что это парадоксальным образом делало её ещё симпатичнее…
Сильный спазм перехватил Эндрю горло, и он выдавил:
– Переоденешься, спускайся, мне нужно тебе кое-что показать.
– Ладно, – кивнула она. – Тогда выйди, – и, лукаво улыбнувшись, мотнула головой в сторону двери.
…Эндрю, нервно барабанивший пальцами по столу, мрачно размышлял.
Надо сказать. Надо.
Но, о небо, как потом смотреть ей в глаза?
Увидев, что Саша вошла в столовую, Эндрю встал, даже, пожалуй, вскочил с места. Видимо, эмоции он уже сдерживал плохо, потому что неопределённо-радостное выражение на лице его сестры как-то вдруг увяло. Подавшись к нему в волнении, она спросила:
– Что случилось?
– Ты мне не поверишь, – в отчаянии сказал Эндрю.
– Во что я не поверю? – спросила Саша.
– Идём, – он схватил её за руку и потащил в компьютерный класс.
Молча он открыл почтовый сайт и щёлкнул по ссылке с новостью. Затем, всё так же не издавая ни звука, указал на сопровождавшую статью фотографию.
Саша, задохнувшись, хлопнулась на стул и невидяще уставилась в экран.
– «ДАЛЛАС: ИЩИТЕ ОБМАНЩИКА», – прочитал Эндрю заголовок. – Это он.
– Да, – прошептала Саша. Она несколько раз моргнула, и глаза её забегали: она читала статью. Заметка была короткой. Прочитав, девушка перевела взгляд на брата. Но Эндрю было нечего больше ей сказать.
Саша резко поднялась и вышла. Эндрю, беспомощно уронив руки, только посмотрел ей вслед.
В Академии всё ещё продолжалось утро – милое, солнечное утро, с солнечными лучами, прочерчивающими деревянные полы, с ароматом кофе и бекона, с утренними приветствиями и радостными возгласами… Но теперь была та, кого это не радовало.
Саша взлетела по лестнице, захлопнула за собой дверь и разрыдалась. Она была не в состоянии дольше держать себя в руках – и она заливалась слезами, глотала солёные капли, ощущала, как прохладный ветерок из раскрытой форточки высушивает её мокрое лицо, которое тут же увлажнялось новым потоком слёз, царапала ногтями дверной косяк…
Быстро и отчаянно Саша падала в омут истерики.
АНОНС. Глава 25. Семья Онор: разведённый хозяин дома, его бывшая тёща, его же новая жена... что-то будет?
– А я вовсе не считаю, что меня обвели вокруг пальца. И пока ты мне не сказала, что меня обвели вокруг пальца, я чувствовала себя как нельзя лучше.
Терри Пратчетт
Сонное воскресное утро. Академия просыпается – зевает, потягивается… Из кухонь тянет ароматом свежего кофе и жарящегося бекона. Стучат открывающиеся окна, трещат велосипедные звонки – это газетчики развозят «Дейли Академия»…
Милое белое общежитие на Бёрч-стрит ничем не отличается от всех остальных домов Академии. Но скоро кое-что в нём должно было случиться. Точнее, открыться.
…Эндрю Онор сидел в компьютерном классе общежития и пытался проверить почту. Хронически глючный сервер никак не желал давать подключение, но попытки этак с пятой Эндрю наконец-то удалось пробиться в Паутину. Привычно пробегая взглядом строчки погоды, курсов валют, новостей, он вдруг замер. Потом, вздрогнув, поспешно щёлкнул по ссылке – и сердце его резко упало.
Зрачки Эндрю резко расширились, и он сдавленно вскрикнул.
«О чёрт!…»
Он вскочил и выбежал из комнаты.
«Я должен сказать ей, – мрачно думал Эндрю, поднимаясь по лестнице. – Должен – и скажу…»
Но с каждым шагом его решимость таяла, а скорость ходьбы уменьшалась, и в дверь комнаты сестры Эндрю постучал уже совсем неуверенно.
– Привет, – обрадованно воскликнула Саша. Судя по её виду, она только-только пришла из клуба. Несмотря на то, что девушка явно устала, выглядела она подозрительно весело. Впрочем, в последнее время это было обычно для неё. Вспомнив, почему, Эндрю неосознанно передёрнул плечами. К счастью, сестра ничего не заметила.
– Подожди, я сейчас, – добавила Саша, не давая брату ничего сказать. – Только смою эти безумные глазки… – Ухмыльнувшись, она показала на собственные густо накрашенные ресницы.
Эндрю покорно сел в кресло.
Он знал, что должен сейчас же рассказать ей, что узнал, ведь это важно, но…
– Что ты хотел, Энди? – безмятежно улыбаясь, спросила Саша.
Эндрю посмотрел на неё внимательно. Без макияжа она казалась лет на пять младше, чем была, и выглядела такой милой, нежной… она была так непривычно некрасива, что это парадоксальным образом делало её ещё симпатичнее…
Сильный спазм перехватил Эндрю горло, и он выдавил:
– Переоденешься, спускайся, мне нужно тебе кое-что показать.
– Ладно, – кивнула она. – Тогда выйди, – и, лукаво улыбнувшись, мотнула головой в сторону двери.
…Эндрю, нервно барабанивший пальцами по столу, мрачно размышлял.
Надо сказать. Надо.
Но, о небо, как потом смотреть ей в глаза?
Увидев, что Саша вошла в столовую, Эндрю встал, даже, пожалуй, вскочил с места. Видимо, эмоции он уже сдерживал плохо, потому что неопределённо-радостное выражение на лице его сестры как-то вдруг увяло. Подавшись к нему в волнении, она спросила:
– Что случилось?
– Ты мне не поверишь, – в отчаянии сказал Эндрю.
– Во что я не поверю? – спросила Саша.
– Идём, – он схватил её за руку и потащил в компьютерный класс.
Молча он открыл почтовый сайт и щёлкнул по ссылке с новостью. Затем, всё так же не издавая ни звука, указал на сопровождавшую статью фотографию.
Саша, задохнувшись, хлопнулась на стул и невидяще уставилась в экран.
– «ДАЛЛАС: ИЩИТЕ ОБМАНЩИКА», – прочитал Эндрю заголовок. – Это он.
– Да, – прошептала Саша. Она несколько раз моргнула, и глаза её забегали: она читала статью. Заметка была короткой. Прочитав, девушка перевела взгляд на брата. Но Эндрю было нечего больше ей сказать.
Саша резко поднялась и вышла. Эндрю, беспомощно уронив руки, только посмотрел ей вслед.
В Академии всё ещё продолжалось утро – милое, солнечное утро, с солнечными лучами, прочерчивающими деревянные полы, с ароматом кофе и бекона, с утренними приветствиями и радостными возгласами… Но теперь была та, кого это не радовало.
Саша взлетела по лестнице, захлопнула за собой дверь и разрыдалась. Она была не в состоянии дольше держать себя в руках – и она заливалась слезами, глотала солёные капли, ощущала, как прохладный ветерок из раскрытой форточки высушивает её мокрое лицо, которое тут же увлажнялось новым потоком слёз, царапала ногтями дверной косяк…
Быстро и отчаянно Саша падала в омут истерики.
АНОНС. Глава 25. Семья Онор: разведённый хозяин дома, его бывшая тёща, его же новая жена... что-то будет?
Превратилась в Злобного Филолога и упорхнула в небеса Alma Mater. In nomine... ameno.
-
slavFkin
- Lord of Darkness
- Сообщения: 7245
- Зарегистрирован: 01 фев 2005, 00:44
- Откуда: из ниоткуда в никуда
Стелла!Сел я полистать сериальчик... да вот три часа убил на его изучение! 
с первой серии, по скольку вообще не читал сериалы раньше... Но не пожалел. Сюжет достаточно интересный и интригующий! Все нарвится, и скрины маленькие меня утсраивали.. .у меня просто тоже траффик... и последние две серии я уже просто читал, жалко 
отступления в "Неродись крсивую", если честно не очень привлекают... 
Больше нравится сюжет, связанный с главными персонажами, представленными в первой главе. Почему-то очень сильно интересует и интригует судьба Камиллы, о которой совсем давно не было слышно. Чем-то пригляделась мне эта девушка... Что-то в ней такое... загадочное... готишное... И про девушку-оборотня тоже больше ни слуху-не духу... Вот... а вообще сериал правда интересный. Буду ждать новых серий... может, тогда будешь делать большие и маленькие скрины... для меня?
с первой серии, по скольку вообще не читал сериалы раньше... Но не пожалел. Сюжет достаточно интересный и интригующий! Все нарвится, и скрины маленькие меня утсраивали.. .у меня просто тоже траффик... и последние две серии я уже просто читал, жалко отступления в "Неродись крсивую", если честно не очень привлекают... Больше нравится сюжет, связанный с главными персонажами, представленными в первой главе. Почему-то очень сильно интересует и интригует судьба Камиллы, о которой совсем давно не было слышно. Чем-то пригляделась мне эта девушка... Что-то в ней такое... загадочное... готишное... И про девушку-оборотня тоже больше ни слуху-не духу... Вот... а вообще сериал правда интересный. Буду ждать новых серий... может, тогда будешь делать большие и маленькие скрины... для меня? 
Слаф, честно говоря, безлимитка очень противная вещь: стоит дёшево, но это единственный плюс, всё остальное - минусы. Поэтому делать по два раза - это увы, я ж повешаюсь в процессе... или комп зависнет, он это любит...
Что касается Камиллы и Маргарет, то мне самой уже хочется что-нибудь про них написать, но пока не придумала что...
А то, что в предыдущей главе ничего не понятно, это так задумано. Так что ждите следующей серии про Академию)
Глава 25, или Точный расчёт
Есть ли жизнь после брака?
Очень философский вопрос
– И тебе не стыдно? – улыбаясь, спросила Вайолет. – Тоже мне, разведённый страдалец…
– Это я страдалец?! – фыркнул Джон. – Единственный потенциальный повод для этого – твоя милая статья про мою скромную персону… – не без ехидства заметил он, – но не Бриджет, да простит меня она. …И вообще, мы не о том!…
Вайолет ухмыльнулась и, с наигранной скромностью опустив ресницы, отвернулась взбить подушку…
…– Как же у тебя дома тихо… – мечтательно пробормотала девушка, поуютнее устраиваясь под мягким одеялом. – Не то что у меня.
– А что у тебя? – спросил Джон.
– Толпа народу, – пояснила Вайолет. – Нет, ну, не толпа, конечно, но мне хватает. Сестра и… ну, ещё одна барышня весьма воинственного нрава… в общем, не самое спокойное общество.
– Понятно… – протянул Джон. И вдруг предложил: – Почему бы тебе в таком случае не пожить у меня?
Резко приподнявшись на локте, Вайолет сверху вниз посмотрела ему прямо в глаза. Джон даже поёжился, настолько странным вдруг стал её фиолетовый взгляд.
– Почему бы и нет… – произнесла она медленно. – Ладно.
«Так! – торжествующе подумал Джон. – Всё идёт как нельзя лучше…»
«Как же он обрадовался… – едва заметно усмехнулась Вайолет. – Похоже, я ему действительно нужна».
…И Вайолет переехала в дом Онор.
Она не была такой уж откровенной авантюристкой, но ей казалось редкой глупостью опасаться мужчины, который так держит себя, как Джон. Он, конечно, был довольно холоден (не все 24 часа в сутки, разумеется, – мысленно добавляла Вайолет, – но всё же) – однако Вайолет чувствовала, что Онор настроен очень решительно. Так что опасности нет, решила она. И была права… в данном случае.
…Как-то утром, когда они оба спустились завтракать, Вайолет заметила, что Джон выглядит странно. Он постоянно поглядывал на неё и выглядел задумчивым…
Вайолет, как журналистка, привыкла всё слышать, всё видеть и за всем следить. Когда Джон потянул её за руку в сторону и, встав на одно колено, достал синюю коробочку, девушка ничуть не удивилась.
Просто Вайолет прекрасно слышала, как Джон накануне с раннего утра вызванивал семейного ювелира Онор. И выписки из банковских счетов, ровной стопкой сложенных на его столе, она не преминула внимательно изучить. И журналистка отлично знала, что достаточно просто сунуть руку во второй слева ящик внизу стеллажа в кабинете Джона, и она сможет узнать стоимость кольца с точностью до последнего сименса* – спасибо чёткому почерку того самого ювелира на чеке…
[*Если кто забыл, сименс = 1/100 симолеона.]
Не подумайте плохо, Вайолет очень нравился Джон… но по-настоящему она могла любить только одно – творчество. Для любви к мужчине она была слишком расчётлива.
Джону тоже очень нравилась Вайолет, и он был бы рад видеть её, к примеру, матерью своих детей… хотя равно простил бы ей и отсутствие оных, ведь наследники у Джона уже имелись. Но и он не любил её. Натура у него была сухая, несмотря на то, что сильные эмоции он в принципе мог испытывать… зная себя, Джон мог с уверенностью сказать: если брак Хёртнетт – Онор состоится (в чём он уже не сомневался), страсть в этом союзе проживёт недолго.
«Женится, – удовлетворённо думала Аннабель. – Посмотрим, чем это кончится…»
Вайолет ей, в принципе, скорее понравилась, чем наоборот. Аннабель не одобряла её профессиональную манеру во всё совать нос, но считала, что для Джонни Вайолет – именно то, что нужно. В меру стервозная, в меру беспринципная, как почти любая журналистка, но вообще-то неплохая барышня.
– Что, доволен? – ласково спросила она бывшего зятя после помолвки.
– Ага, – кивнул тот. – Только почему тебя это не огорчает?
– А мне надоело с тобой ссориться, Джонни, – солгала Аннабель, мило улыбаясь. – Ну что поделать, с Бридж у вас не сложилось… это бывает, но…
– Ты имеешь в виду… – Джон изумлённо покосился на бывшую тёщу. Потом, сам усмехнувшись своему жесту, протянул руку: – Мир?
– Вот именно! – Аннабель приняла его ладонь.
– Надо же… – Джон недоверчиво посмотрел ей в глаза, но увидел только честный и невинный взгляд доброй старушки. – Ну что ж, замечательно…
АНОНСА в этот раз нету. Следующая глава либо про Жуткую Кейт (в этот раз она получилась особо страшненькая, аж приятно))), либо про Бриджет. Скорее всего.
Что касается Камиллы и Маргарет, то мне самой уже хочется что-нибудь про них написать, но пока не придумала что...
А то, что в предыдущей главе ничего не понятно, это так задумано.
Так что ждите следующей серии про Академию)Глава 25, или Точный расчёт
Есть ли жизнь после брака?
Очень философский вопрос
– И тебе не стыдно? – улыбаясь, спросила Вайолет. – Тоже мне, разведённый страдалец…
– Это я страдалец?! – фыркнул Джон. – Единственный потенциальный повод для этого – твоя милая статья про мою скромную персону… – не без ехидства заметил он, – но не Бриджет, да простит меня она. …И вообще, мы не о том!…
Вайолет ухмыльнулась и, с наигранной скромностью опустив ресницы, отвернулась взбить подушку…
…– Как же у тебя дома тихо… – мечтательно пробормотала девушка, поуютнее устраиваясь под мягким одеялом. – Не то что у меня.
– А что у тебя? – спросил Джон.
– Толпа народу, – пояснила Вайолет. – Нет, ну, не толпа, конечно, но мне хватает. Сестра и… ну, ещё одна барышня весьма воинственного нрава… в общем, не самое спокойное общество.
– Понятно… – протянул Джон. И вдруг предложил: – Почему бы тебе в таком случае не пожить у меня?
Резко приподнявшись на локте, Вайолет сверху вниз посмотрела ему прямо в глаза. Джон даже поёжился, настолько странным вдруг стал её фиолетовый взгляд.
– Почему бы и нет… – произнесла она медленно. – Ладно.
«Так! – торжествующе подумал Джон. – Всё идёт как нельзя лучше…»
«Как же он обрадовался… – едва заметно усмехнулась Вайолет. – Похоже, я ему действительно нужна».
…И Вайолет переехала в дом Онор.
Она не была такой уж откровенной авантюристкой, но ей казалось редкой глупостью опасаться мужчины, который так держит себя, как Джон. Он, конечно, был довольно холоден (не все 24 часа в сутки, разумеется, – мысленно добавляла Вайолет, – но всё же) – однако Вайолет чувствовала, что Онор настроен очень решительно. Так что опасности нет, решила она. И была права… в данном случае.
…Как-то утром, когда они оба спустились завтракать, Вайолет заметила, что Джон выглядит странно. Он постоянно поглядывал на неё и выглядел задумчивым…
Вайолет, как журналистка, привыкла всё слышать, всё видеть и за всем следить. Когда Джон потянул её за руку в сторону и, встав на одно колено, достал синюю коробочку, девушка ничуть не удивилась.
Просто Вайолет прекрасно слышала, как Джон накануне с раннего утра вызванивал семейного ювелира Онор. И выписки из банковских счетов, ровной стопкой сложенных на его столе, она не преминула внимательно изучить. И журналистка отлично знала, что достаточно просто сунуть руку во второй слева ящик внизу стеллажа в кабинете Джона, и она сможет узнать стоимость кольца с точностью до последнего сименса* – спасибо чёткому почерку того самого ювелира на чеке…
[*Если кто забыл, сименс = 1/100 симолеона.]
Не подумайте плохо, Вайолет очень нравился Джон… но по-настоящему она могла любить только одно – творчество. Для любви к мужчине она была слишком расчётлива.
Джону тоже очень нравилась Вайолет, и он был бы рад видеть её, к примеру, матерью своих детей… хотя равно простил бы ей и отсутствие оных, ведь наследники у Джона уже имелись. Но и он не любил её. Натура у него была сухая, несмотря на то, что сильные эмоции он в принципе мог испытывать… зная себя, Джон мог с уверенностью сказать: если брак Хёртнетт – Онор состоится (в чём он уже не сомневался), страсть в этом союзе проживёт недолго.
«Женится, – удовлетворённо думала Аннабель. – Посмотрим, чем это кончится…»
Вайолет ей, в принципе, скорее понравилась, чем наоборот. Аннабель не одобряла её профессиональную манеру во всё совать нос, но считала, что для Джонни Вайолет – именно то, что нужно. В меру стервозная, в меру беспринципная, как почти любая журналистка, но вообще-то неплохая барышня.
– Что, доволен? – ласково спросила она бывшего зятя после помолвки.
– Ага, – кивнул тот. – Только почему тебя это не огорчает?
– А мне надоело с тобой ссориться, Джонни, – солгала Аннабель, мило улыбаясь. – Ну что поделать, с Бридж у вас не сложилось… это бывает, но…
– Ты имеешь в виду… – Джон изумлённо покосился на бывшую тёщу. Потом, сам усмехнувшись своему жесту, протянул руку: – Мир?
– Вот именно! – Аннабель приняла его ладонь.
– Надо же… – Джон недоверчиво посмотрел ей в глаза, но увидел только честный и невинный взгляд доброй старушки. – Ну что ж, замечательно…
АНОНСА в этот раз нету. Следующая глава либо про Жуткую Кейт (в этот раз она получилась особо страшненькая, аж приятно))), либо про Бриджет. Скорее всего.
Превратилась в Злобного Филолога и упорхнула в небеса Alma Mater. In nomine... ameno.