Глава 10. Лондон. Сирота.
Элис беспокойно ворочалась в постели, потому что тревожные думы не давали ей уснуть. Вот уже два месяца, как она осталась совсем одна, за небольшой промежуток времени лишившись сначала матери, а потом и отца. Что ей теперь делать? Деньги подходили к концу, надо было искать работу. Но что она умела? Ничего, абсолютно ничего. В современном обществе молодых девушек из приличных семей готовили лишь к замужеству. Ее тоже родители собирались как можно выгоднее пристроить, надеясь таким образом поправить и свое довольно бедственное положение. Они считали дочь очень хорошенькой и не сомневались, что она сумеет найти богатого жениха. Только вот как все обернулось: их уже нет на этом свете, а у Элис почти совсем не осталось шансов даже на какое-то замужество.
"Хочешь не хочешь, а работу искать надо", – решила она, в очередной раз переворачиваясь на другой бок.
Сна так и не было, мысли о собственном туманном будущем не давали девушке заснуть. Тогда она решила не мучиться, все равно рассвет был уже близок. Она встала, умылась, а потом прошла по полупустым комнаткам своего крохотного домика. Это единственное, что у нее еще оставалось.
"Совсем недавно здесь было так тесно, – с тоской подумала Элис, вспоминая, как они с родителями постоянно натыкались друг на друга. – А теперь этот дом кажется слишком большим для меня одной. Целых две спальни, гостиная и кухня! Может, стоит поискать квартирантку? А что, отличная мысль!"
Мальчишка-разносчик уже доставил утреннюю газету, и приободрившаяся Элис вприпрыжку выбежала на крыльцо.
– Так, где тут у нас страница с объявлениями? – за неимением другого собеседника, разговаривать приходилось с самой собой. Она устроилась за кухонным столом и развернула газету.
Однако ее радость была преждевременной – ни одна одинокая молодая девушка или женщина не искала себе жилье.
– Рано отчаиваться, – попыталась подбодрить себя Элис. – Будет новый день и новая газета, а в ней – новые объявления. Или я сама могу дать объявление, благо немного денег у меня пока еще осталось.
Она стала рассеянно просматривать оставшиеся страницы, и случайно наткнулась взглядом на статью, обведенную рамкой. Это была реклама довольно известного бюро, занимавшегося трудоустройством. С внезапно забившимся сердцем Элис начала читать список имевшихся вакансий.
– Требуется нянька для ребенка двух лет, нужна горничная, опять горничная… Так, что еще? Гувернантка с хорошими рекомендациями в знатную семью… Ну, горничную мы оставим на самый крайний случай, а вот нянькой или гувернанткой я бы пошла. Что-что, а приличное домашнее образование родители успели мне дать. Конечно, лучше бы гувернанткой, это на ступень выше, чем нянька, и заработок получше. Да только кто же мне даст рекомендацию? Но в любом случае надо наведаться в эту контору, может, они что-нибудь для меня подберут.
Сказано – сделано. Элис надела шляпку с вуалью и отправилась по указанному в объявлении адресу.
Сидевшая в конторе пожилая дама отнеслась к девушке сочувственно.
– Очень жаль, милочка, что у вас нет рекомендаций. Сейчас без них довольно трудно найти работу в приличном доме, но я постараюсь вам помочь. У нас была одна подходящая вакансия – гувернантка в купеческую семью среднего достатка, они, я думаю, взяли бы вас и так, только ради вашего происхождения, но, к сожалению, вы опоздали. Есть место няньки, но им нужна женщина в возрасте, у которой были свои дети, т.е. с опытом, вы туда не подойдете. А больше пока, пожалуй, ничего для вас нет, – и она удрученно развела руками.
– А гувернантка в знатную семью? – робко поинтересовалась Элис. – В сегодняшней газете было объявление. Неужели это место тоже занято?
– Эк вы, милочка, хватили! – рассмеялась женщина. – Это герцогиня Бекингэмская ищет воспитательницу для своей дочери. В такую семью абы кого не возьмут.
Элис совсем пригорюнилась.
– Но вы позволите к вам заходить? Может, что-нибудь появится.
– Конечно, дорогая, я буду иметь вас в виду.
Элис приходила в контору каждый день, но и завтра, и послезавтра так ничего подходящего не находилось. Деньги таяли, надежда найти работу тоже.
– Опять ничего? – в очередной раз появившись в бюро, спросила девушка. – Я готова пойти горничной.
– Раньше надо было соглашаться, – недовольно проворчала миссис Кэррол. Сегодня она явно была не в духе, а ведь обычно она относилась к Элис с симпатией.
– Что-то случилось?
Женщина сначала махнула рукой, не собираясь ничего рассказывать, но желание выговориться пересилило.
– Меня замучил управляющий герцога Бекингэма. А его, я подозреваю, замучили обе герцогини – старая и молодая. Никак не могут найти гувернантку для девочки. То им не так, и другое не эдак.
Элис открыла было рот, но, подумав, закрыла обратно, ничего не сказав. Однако ее взгляд говорил красноречивее всяких слов, и миссис Кэррол его прекрасно поняла.
– Хотите попытаться, милочка? Ну, это вам не по зубам. Впрочем, можете сходить. Управляющий требовал прислать к ним очередную кандидатуру немедленно, а у меня никого на примете нет. Да не сияйте так, ничего у вас не выйдет.
Но Элис ее не слушала. Это был реальный шанс, и бедная девочка очень хотела, чтобы ей повезло. Тем более, что эти дни она провела не впустую, и у нее была рекомендация, полученная от одной старинной подруги матери, женщины приличной и в свете известной.
На всех парах, даже не заходя домой, Элис кинулась в Бекингэм-холл.
Герцогиня – молодая надменная особа – приняла девушку в роскошной восточной гостиной. Небрежно взглянув на рекомендацию, она учинила Элис форменный допрос.
– Так вы нигде раньше не работали? Это очень плохо. Как я смогу проверить ваши знания? Давайте хотя бы посмотрим на ваши манеры. Я не желаю, чтобы моя дочь набралась каких-нибудь дурных привычек, – и не дав бедняге ни минуты передышки, перескочила на другую тему. – Вы живете с родителями?
Для Элис эта тема все еще была болезненной, а потому она смогла лишь отрицательно покачать головой и тихо произнести:
– Нет.
– Значит, с мужем?
– Нет, миледи, я не замужем.
– Тогда с кем же? Со старшей сестрой? С тетушкой? – герцогиня нахмурила красивые брови и подозрительно воззрилась на девушку.
– Ни с кем, миледи. У меня не осталось близких родственников.
– А ваши родители?
– Они умерли совсем недавно.
– Так вы сирота? И живете одна? Ужас! Не думаю, что вы нам подойдете. Дочь герцога не может воспитывать непонятно кто. И пусть в этой бумажке, – она презрительно потрясла рекомендацией, которой Элис очень дорожила, – написано, что вы из приличной семьи и весьма достойная особа, я не могу быть в этом абсолютно уверена. Если юная девушка живет одна, без родителей или компаньонки, это вызывает подозрения. Нет, я не думаю, что вы нам подойдете. К тому же вы слишком молоды, – и она позвонила в колокольчик, призывая дворецкого, чтобы тот проводил незадачливую кандидатку до дверей.
– До свидания, миледи, – Элис присела перед герцогиней в изящном реверансе, пытаясь продемонстрировать ей свои манеры – единственное наследство, полученное от родителей, если не считать домика на окраине. Ее душила обида, но она старалась не подавать виду. Она нищая, а нищим гордость не пристала.
"Наймусь в компаньонки к какой-нибудь старухе, – печально плетясь домой, думала Элис. – Незавидная участь, но что еще остается? Перееду жить к ней, а домик стану сдавать. Обойдусь как-нибудь без этих напыщенных герцогов!"
