3.24. Поколение третье. «Dungeons, Dragons & Princesses»
♬ ▶ Edith Piaf - La Vie en Rose
Эмиль
- Ну, так что, ты согласен прошвырнуться по гробницам?
- Раз ты так просишь, то да, - ухмыльнулся брат. – Но тогда пошли сейчас, ну или потом не знаю… послезавтра? Ибо завра я иду на индивидуальную экскурсию, от которой меня не отвлекут никакие гробницы.

- И какой возрастной рейтинг будет у этой "экскурсии"? – спросил я, не удержавшись от сарказма.
- От 13-ти и старше, Миль. После меня можешь сам сходить. Жолен профессиональный экскурсовод, который окрестности города знает до последнего камня, - заявил он с видом оскорблённой невинности.
- Так и быть я тебе поверю, чуток, - кивнул я.
До лагеря мы дошли быстро, а там, взяв двух-местный мопед с ветерком добрались до окраины городка, где было расположено нечто типа кургана и подземными коммуникациями. Март сразу же, как сорока заинтересовался сверкающей кварцевой композицией в центре кургана. А я решил поковыряться в "квестовых" дырах, про которые в путеводителе было написано, что в них могут быть сувениры. Вот только мне не свезло, на меня напали насекомые, слава богу, заводные (ну или электронные, я не разбираюсь, главное, что не живые).

Но Март не поленился отвлечься от собственных занятий, чтобы надо мной поржать. Ну, я тоже не лыком шит, и когда тот отвернулся, я сунул самого здоровенного жука-робота ему за шиворот, и теперь уже и сам посмеялся.
- Надеюсь, тебе так же весело, как и мне. Будешь знать, - сказал я.
- Тоже мне, - буркнул он, после того как всё-таки смог вытащить игрушечное насекомое из-под майки. - Нашёлся тут мне, принцесса обиженка, - я в ответ только скривился и направился ко входу в "гробницу".
И первую же таинственную дверь там пришлось сначала очистить от завала, кирка для которого предусмотрительно лежала рядом. Брат всем своим видом говорил, что не будет заниматься подобным физическим трудом, так что пришлось делать всё самому. Ведь всё же я хотел обследовать эти места, а Марта взял так, для компании.

Тем более, как оказалось, эта компания была вполне себе полезна. Так как нам начали попадаться нажимные плиты, на которые я и ставил брата, при этом сам уходя обследовать очередную неизведанную комнату. Надеюсь, хотя бы в одиночку, в мрачном и полутёмном помещении он испытывал хоть немножко испуга. Ну, это так, для дополнительного личного морального удовлетворения.
Мартан
Вообще эти братовы подземелья меня не особо интересовали, я бы лучше более детально распланировал завтрашнюю "экскурсию", да и лёг бы спать. А во сне бы повспоминал, как мы с Жолен плодотворно повыбирали объективы, дааа.

У меня от этой леди просто крышу срывало, прям как от Шанталь. И если честно, о Рыжей я только в этом контексте и вспомнил. Всё-таки поехать в отпуск было отличной идеей! Ну… ровно до момента с гробницами.

Потому что угроза физическим трудом и запугивающая мистическая атмосфера – это отстой. Но некоторые комнаты были даже интересны. И я не был бы собой, если бы не наделал снимков. Дабы помимо морального профита потом был и материальный.

Самой интересной мне показалась зала с лабиринтом из невысоких изгородей, вот это было стильное решение. Правда, кусты были настолько невысокими, что мы могли их просто перешагивать и таким читерским методом добираться до сундуков с "ништяками", как называл их Эмиль. Сувениры, купоны, жетоны, на которые можно взять ещё сувениров, в общем, всякий мусор. Но так как этот мусор этот из другой страны, то его значимость растёт в разы. Тот же найденный мной светящийся кристалл я определённо оставлю себе. А Миль пусть обзавидуется.

Так что, даже не смотря на весь мой скепсис, пошастали по подземельям мы знатно и, в принципе остались, довольны. Брат так вообще радовался как дурак и обещал всё в подробностях родителям пересказать. Эх, и кто из нас старший? Последнее время, я всё чаще задаюсь подобным вопросом. Ну да ладно. Пока он меня возит, лучше его не злить, особенно на тёмной дороге, ибо возвращались в лагерь мы уже глубокой ночью.

Последняя неделя отдыха прошла для меня в лёгком дурмане, и виноваты в этом были совсем не французские красоты, а очаровательный экскурсовод, всё внимание которой я старался сосредоточить на себе. Будучи по сути скромным и милым созданием, в моём присутствии она просто расцветала, и не раз замечала, что моё общество ей очень льстит. И ведь подобные тихие леди действительно не в моём вкусе, если судить по Шанталь. Но к Жолен я просто приклеился, так что каждый день у нас были экскурсии, плавно перетекающие в свидания. И это были не заунывные походы по магазинам в попытках преобразить свою спутницу (как это было с Альмой) и не потрахушки в тёмных углах (как с Шанти и многими другими), это были настоящие свидания. С прогулками, задушевными разговорами, походами в кафе, совместным любованием звёздами и дарением цветов.

Даже брат назвал бы это милым и романтичным, если бы вообще мог поверить в то, что я способен на такое, ведь я и сам в это не верил. Но я даже успел забыть, когда последний раз в этой поездке с кем-нибудь флиртовал, настолько моё внимание переключилось на одну конкретную француженку.

И я не могу объяснить себе её притягательность. Почему она? Потому что эрудированна? Потому что обладает низким чарующим голосом, которым любит иногда напевать местную песню о влюблённом рыцаре? Или из-за того, что она просто фантастически целуется? Теряюсь в догадках.

Или может меня к ней тянет, потому что я не один такой умный? В один из дней, когда она была занята с клиентом, я ждал её, сидя за столиком возле ресторана. Неподалёку от меня уселась пара парней, которые оживлённо что-то обсуждали на французском. Пока я гулял с Жолен, я немного поднаторел не только в деле французских поцелуев, но и начал примерно понимать, что говорят французы. И то, что я понимал, мне не очень-то нравилось.
Брюнет постарше воодушевлённо сообщал тому, что помоложе, что Жолен вот-вот станет его девушкой, ведь она очарована его эрудицией и богатой библиотекой. Молодой француз в жилете со скепсисом внимал этому, а потом заметил, что не особо-то и замечал что она по Жан-Люку (вот так звали старшего) вздыхает.

Я пока это слушал, чуть не сломал чашку, которую держал в руках. Да как они смеют к моей женщине лапы тянуть! Но до рукоприкладства не дошло, так как из ресторана уже вышла Жолен, которая подошла ко мне, но потом заметив чуть дальше двух мужчин, которых я слушал, извинилась и подошла к ним. Хмм… Поглядим.
Она обнялась с молодым брюнетом, а старший галантно поцеловал ей руку. Они немного поболтали о светских пустяках, а потом тот, что помоложе поинтересовался, когда Жолен придёт домой, та спокойно ответила, что ещё пока не знает, но он может не волноваться, а ужин разогреть в мкроволновке. Вот это поворот!
- Кто эти люди? – поинтересовался я, от души надеясь, что это прозвучало не слишком грубо.
- Это Гюстав и Жан-Люк. Первый мой старый-старый друг, а второй – его коллега по работе, у него голубая мечта со мной встречаться. Но он совсем не в моём вкусе, - она виновато пожала плечами.
- А ты что с этим старым-старым другом живёшь? – я вопросительно поднял бровь. Я в принципе-то не сомневался в е искренности (что удивительно), но мне хотелось знать подробности.
- Мы с Гюставом дружим, чуть ли не с детского сада, и вместе потом в Париж уехали учиться. А тут один дом на двоих снимаем, потому что так гораздо дешевле получается, - она махнула рукой. – Собственно, я это ему сама предложила, потому что представляю, какой бы он свинарник развел, если бы жил один, и питался бы только китайской растворимой лапшой.
- Ты о нём прям как мамочка заботишься, - усмехнулся я.
- Можно и так сказать, но больше я предпочитаю термин сестра, - она улыбнулась. – Хотя, нянчиться с ним иногда приходилось, не спорю.
Ну, хоть я и не жил с Жолен, но зато я мог быть с ней именно в том ключе, который не перепадал её другу и воздыхателю, что чертовски радовало мою эгоистичную натуру.
Бонусы
Индианы Джонсы
Билайн в подземелье не ловит
