Добавлено: 02 апр 2008, 17:10
Хорошо! Жду продолжения!
Лиана
Уже пишу))
Страница 2 из 3
Добавлено: 02 апр 2008, 19:38
Добавлено: 02 апр 2008, 19:52
Наверно, имеется ввиду под качеством фоток их содержание. По качеству изображения они достаточно хорошие.Baal писал(а):Suzy Lee
Я поменял компьютер три недели назад. У меня все новое.
С фотографом я уже пытаюсь решить проблему.
Добавлено: 02 апр 2008, 20:40
Простите за небольшое торможение 
Сериал ЗАКРЫВАЕТСЯ! По понятным причинам: ни одному из модераторов он не был отослан
Сериал ЗАКРЫВАЕТСЯ! По понятным причинам: ни одному из модераторов он не был отослан
Добавлено: 02 апр 2008, 21:14
Простите за небольшую модервторскую ошибку, сериал был допуще Электрой Тема открывается, жедаю удачи автору
Тема открывается, жедаю удачи авторуДобавлено: 03 апр 2008, 08:13
Напугали!Неллего писал(а):Простите за небольшую модервторскую ошибку, сериал был допуще Электрой
Добавлено: 04 апр 2008, 16:50
Серия 2
Прошла неделя, а Бен так и не позвонил. Нина махнула на случайного знакомого рукой: она считала, что всякий мужчина, не растаявший от одной ее улыбки, приравнивался к опасному сумасшедшему и должен был быть изолирован от общества. Поклонники – Нины Калиэнте, а не лучшего центрфорварда за всю историю мирового спорта! – не давали девушке скучать. Особенно старался Дон, пытавшийся всеми правдами и неправдами подлизаться к подружке после «валяния коня». Нина подулась-подулась на своего возлюбленного и простила его, хотя для порядка все-таки закатила скандал, который, естественно, закончился в кровати мачо из Плезантвью.
Жизнь текла своим чередом и была приятна во всех отношениях. Ну, почти во всех: если б Дон не женился на этой страшиле Кассандре Гот, Нина была б абсолютно довольна ходом событий. Правда, легкомысленная Дина горячо убеждала сестру в том, что Лотарио очень сдержан с Кассандрой, но рыжеволосая красавица лишь недоверчиво вздыхала: она слишком хорошо знала своего приятеля, для которого не существовало некрасивых женщин. Наверняка Дон менялся, когда они с Касс оказывались наедине. И это было очень неприятно Нине, хотя она давным-давно договорилась со своим ненаглядным о том, что каждый имеет свободу выбирать себе любовников и никто никому ничего не должен.
- А что ты от него хочешь? – спросила сестру за ужином белокурая Дина, удивленно пожимая плечами. – Кассандра Гот в первую очередь красива своими миллионами. Будь я мужчиной, я бы женилась только на ней.
- Будь я мужчиной, - мрачно парировала Нина, - я бы бежала от этого крокодила как от зачумленной. Ума не приложу, как можно ложиться с ней в постель…
- Если тебя это утешит, могу сказать, что Кассандра очень застенчива. Держу пари, она лежит бревном, пока Дон… - Динина попытка поддержать сестру не только с треском провалилась, но и вывела ее из себя. Нина вскочила со своего места и схватила наполовину пустую тарелку.
- Я не хочу об этом говорить, - прорычала рыжая Калиэнте и быстрым шагом направилась к раковине.
- Я тоже много чего не хочу, - с детской наивностью сказала Дина, - но у меня нет выбора. И так, - она вздохнула, - будет всю жизнь.
- Ну давай, почитай мне нотацию, - Нина обернулась и скрестила руки на груди. – Ты же на целых полчаса старше, чем я, да и жизненного опыта у тебя побольше! Как-никак, из нас двоих только ты побывала замужем и не сегодня-завтра снова там окажешься!..
- Все мы там будем… - философски заметила Дина.
- Только не я! – запротестовала рыжая. – Я скорее покончу жизнь самоубийством, чем позволю затащить себя под венец!..
Златовласая красавица лукаво улыбнулась:
- Даже если твоей руки попросит Дон?
- Д-даже Дон… и вообще, отстань со своими глупостями! – Нина наконец взяла себя в руки и уселась на высокий стул рядом с тумбочкой. – Лучше расскажи мне про своего молодого… духом и не только воздыхателя.
Теперь пришла очередь Дины мрачнеть.
- И так все прекрасно знаешь, я тебе уже сто раз рассказывала, - уставившись на свои ногти, мрачно сказала она. – Но! У Мортимера, как и у его доченьки Касси, есть один большой плюс, - Дина важно подняла палец вверх и торжественно произнесла, – это симолеоны!
- Какая ты жадная, сестричка! – рассмеялась Нина. – Может, не будешь очаровывать бедного мистера Гота? Эта рыбка мелковата для тебя. Не хочешь сорвать большой куш и попытать счастья в объятиях самого Малкольма Ландграаба?..
- Н-да… ты пошутила – я тоже посмеялась, - фыркнула Дина, хотя Нина заметила, как изменилось выражение ее лица и вспыхнули в зеленых глазах огоньки. Было очевидно, что если бы пришлось выбирать между Мортимером и Ландграабом, то красавица без колебаний выбрала бы второго. Рыжая Калиэнте сумела справиться с собой и внешне не выдала, что алчность сестры ей крайне неприятна. Дина любила деньги с такой же страстью, с которой Нина любила красивых мужчин.
Мирную беседу сестер самым наглым образом прервал звонок мобильника Нины. На дисплее высветилось имя Бен. Девушка, изо всех сил пытаясь вспомнить, кто же такой этот Бен, ответила на вызов.
- Добрый вечер! – раздался в трубке приятный мужской голос. Внутри у Нины разлилось приятное тепло: она наконец вспомнила странного молодого человека, с которым познакомилась в продуктовом магазине.
«Зацепила я его все-таки!» - довольно подумала девушка.
- Привет-привет, - улыбаясь, словно Бен мог ее видеть, ответила она, - как дела?
- Отлично, ты как?
- Спасибо, неплохо. Чем занимаетесь?
- Пока ничем, - с явным намеком промурлыкала Нина, томно потягиваясь. Наблюдавшая за сестрой Дина прыснула в кулак, все прекрасно поняв. – А у тебя есть варианты?
- Можно съездить в Даунтаун, я знаю там один отличный клуб.
Нина снова улыбнулась в трубку:
- С удовольствием. Заедешь за мной через часок?
- Без проблем, ждите, - в отличие от рыжей Калиэнте, Бен пока еще не перешел на «ты». Но это только пока. У Нины были прямо-таки наполеоновские планы.
- Новая жертва? – поинтересовалась Дина, когда сияющая сестра направилась к двери.
- Не все же Дону развлекаться, я тоже хочу, - мстительно хмыкнула Нина.
- Ох-ох-ох, - покачала головой Дина. Иногда ей казалось, что все те отношения, которые заводила сестра с окружавшими ее мужчинами, были всего лишь попыткой вызвать ревность Дона. Правда, пока ни одна из них не увенчалась успехом. Кто знает, может, сегодня Нине повезет?..
И Нине действительно повезло, правда, не совсем так, как она рассчитывала. Через полчаса лучший центрфорвард с перекошенным от бешенства лицом сбежала по лестнице в гостиную и, загородив Дине телевизор, закричала, бурно жестикулируя:
- Это невероятно! Неслыханное хамство! Да что они о себе возомнили?!!
- Ммм? – вяло поинтересовалась недовольная Дина, пригнувшись и пытаясь досмотреть занимательное ток-шоу.
- Дэниел Плезант! Мной интересуется команда Дэниела Плезанта!.. Только что звонил их менеджер, предложил встретиться и обсудить контракт!.. – разъяренная Нина только что не топала ногами от досады.
- Так это же здорово, - с легкой завистью сказала Дина. – Уйдешь из паршивых «Лам» в нормальную команду…
- Он хочет встретиться СЕЙЧАС! Через час он будет ждать меня в Даунтауне!..
- Все дороги ведут в Рим. Так поезжай, чего же ты ждешь?
- У меня сегодня свидание!..
- Мужчин много, а вот в команду, которая третий год держится на первой строчке в турнирной таблице, тебя приглашают не каждый день. Я бы на твоем месте отменила свое дурацкое свидание и понеслась бы к господину менеджеру сломя голову.
Нина замолчала, понимая, что сестра права.
Но ее желание провести романтический вечер с Беном было так велико, что девушка сказала:
- Отменять я ничего не буду. Лучше завершу побыстрее идиотскую встречу с менеджером и вернусь сюда. А ты, дорогая моя, развлеки гостя, налей ему чаю…
- И что мне с этого будет? – невинно поинтересовалась Дина.
- О боже мой! – сестрица явно вознамерилась испытать Нинино терпение. – Сто симолеонов!..
- Идет.
- Жадина!..
- Это деловой подход. В наши дни бесплатно кошка не чихнет, моя дорогая.
Нина, недовольная тем, что ее планы нарушены, укатила в Даунтаун, а Дина, напевая себе под нос веселую песенку, осталась дожидаться гостя сестры, который внезапно оказался ее гостем.
«Надеюсь, Мортимер не узнает, что я проведу вечер наедине с мужчиной, которого раньше никогда не видела, - подумала белокурая Калиэнте. – Еще чего доброго, решит, что у меня любовник! Тогда прощай, свадьба…»
Неприятная мысль посетила голову Дины и тут же улетучилась оттуда.
Прошла неделя, а Бен так и не позвонил. Нина махнула на случайного знакомого рукой: она считала, что всякий мужчина, не растаявший от одной ее улыбки, приравнивался к опасному сумасшедшему и должен был быть изолирован от общества. Поклонники – Нины Калиэнте, а не лучшего центрфорварда за всю историю мирового спорта! – не давали девушке скучать. Особенно старался Дон, пытавшийся всеми правдами и неправдами подлизаться к подружке после «валяния коня». Нина подулась-подулась на своего возлюбленного и простила его, хотя для порядка все-таки закатила скандал, который, естественно, закончился в кровати мачо из Плезантвью.
Жизнь текла своим чередом и была приятна во всех отношениях. Ну, почти во всех: если б Дон не женился на этой страшиле Кассандре Гот, Нина была б абсолютно довольна ходом событий. Правда, легкомысленная Дина горячо убеждала сестру в том, что Лотарио очень сдержан с Кассандрой, но рыжеволосая красавица лишь недоверчиво вздыхала: она слишком хорошо знала своего приятеля, для которого не существовало некрасивых женщин. Наверняка Дон менялся, когда они с Касс оказывались наедине. И это было очень неприятно Нине, хотя она давным-давно договорилась со своим ненаглядным о том, что каждый имеет свободу выбирать себе любовников и никто никому ничего не должен.
- А что ты от него хочешь? – спросила сестру за ужином белокурая Дина, удивленно пожимая плечами. – Кассандра Гот в первую очередь красива своими миллионами. Будь я мужчиной, я бы женилась только на ней.
- Будь я мужчиной, - мрачно парировала Нина, - я бы бежала от этого крокодила как от зачумленной. Ума не приложу, как можно ложиться с ней в постель…
- Если тебя это утешит, могу сказать, что Кассандра очень застенчива. Держу пари, она лежит бревном, пока Дон… - Динина попытка поддержать сестру не только с треском провалилась, но и вывела ее из себя. Нина вскочила со своего места и схватила наполовину пустую тарелку.
- Я не хочу об этом говорить, - прорычала рыжая Калиэнте и быстрым шагом направилась к раковине.
- Я тоже много чего не хочу, - с детской наивностью сказала Дина, - но у меня нет выбора. И так, - она вздохнула, - будет всю жизнь.
- Ну давай, почитай мне нотацию, - Нина обернулась и скрестила руки на груди. – Ты же на целых полчаса старше, чем я, да и жизненного опыта у тебя побольше! Как-никак, из нас двоих только ты побывала замужем и не сегодня-завтра снова там окажешься!..
- Все мы там будем… - философски заметила Дина.
- Только не я! – запротестовала рыжая. – Я скорее покончу жизнь самоубийством, чем позволю затащить себя под венец!..
Златовласая красавица лукаво улыбнулась:
- Даже если твоей руки попросит Дон?
- Д-даже Дон… и вообще, отстань со своими глупостями! – Нина наконец взяла себя в руки и уселась на высокий стул рядом с тумбочкой. – Лучше расскажи мне про своего молодого… духом и не только воздыхателя.
Теперь пришла очередь Дины мрачнеть.
- И так все прекрасно знаешь, я тебе уже сто раз рассказывала, - уставившись на свои ногти, мрачно сказала она. – Но! У Мортимера, как и у его доченьки Касси, есть один большой плюс, - Дина важно подняла палец вверх и торжественно произнесла, – это симолеоны!
- Какая ты жадная, сестричка! – рассмеялась Нина. – Может, не будешь очаровывать бедного мистера Гота? Эта рыбка мелковата для тебя. Не хочешь сорвать большой куш и попытать счастья в объятиях самого Малкольма Ландграаба?..
- Н-да… ты пошутила – я тоже посмеялась, - фыркнула Дина, хотя Нина заметила, как изменилось выражение ее лица и вспыхнули в зеленых глазах огоньки. Было очевидно, что если бы пришлось выбирать между Мортимером и Ландграабом, то красавица без колебаний выбрала бы второго. Рыжая Калиэнте сумела справиться с собой и внешне не выдала, что алчность сестры ей крайне неприятна. Дина любила деньги с такой же страстью, с которой Нина любила красивых мужчин.
Мирную беседу сестер самым наглым образом прервал звонок мобильника Нины. На дисплее высветилось имя Бен. Девушка, изо всех сил пытаясь вспомнить, кто же такой этот Бен, ответила на вызов.
- Добрый вечер! – раздался в трубке приятный мужской голос. Внутри у Нины разлилось приятное тепло: она наконец вспомнила странного молодого человека, с которым познакомилась в продуктовом магазине.
«Зацепила я его все-таки!» - довольно подумала девушка.
- Привет-привет, - улыбаясь, словно Бен мог ее видеть, ответила она, - как дела?
- Отлично, ты как?
- Спасибо, неплохо. Чем занимаетесь?
- Пока ничем, - с явным намеком промурлыкала Нина, томно потягиваясь. Наблюдавшая за сестрой Дина прыснула в кулак, все прекрасно поняв. – А у тебя есть варианты?
- Можно съездить в Даунтаун, я знаю там один отличный клуб.
Нина снова улыбнулась в трубку:
- С удовольствием. Заедешь за мной через часок?
- Без проблем, ждите, - в отличие от рыжей Калиэнте, Бен пока еще не перешел на «ты». Но это только пока. У Нины были прямо-таки наполеоновские планы.
- Новая жертва? – поинтересовалась Дина, когда сияющая сестра направилась к двери.
- Не все же Дону развлекаться, я тоже хочу, - мстительно хмыкнула Нина.
- Ох-ох-ох, - покачала головой Дина. Иногда ей казалось, что все те отношения, которые заводила сестра с окружавшими ее мужчинами, были всего лишь попыткой вызвать ревность Дона. Правда, пока ни одна из них не увенчалась успехом. Кто знает, может, сегодня Нине повезет?..
И Нине действительно повезло, правда, не совсем так, как она рассчитывала. Через полчаса лучший центрфорвард с перекошенным от бешенства лицом сбежала по лестнице в гостиную и, загородив Дине телевизор, закричала, бурно жестикулируя:
- Это невероятно! Неслыханное хамство! Да что они о себе возомнили?!!
- Ммм? – вяло поинтересовалась недовольная Дина, пригнувшись и пытаясь досмотреть занимательное ток-шоу.
- Дэниел Плезант! Мной интересуется команда Дэниела Плезанта!.. Только что звонил их менеджер, предложил встретиться и обсудить контракт!.. – разъяренная Нина только что не топала ногами от досады.
- Так это же здорово, - с легкой завистью сказала Дина. – Уйдешь из паршивых «Лам» в нормальную команду…
- Он хочет встретиться СЕЙЧАС! Через час он будет ждать меня в Даунтауне!..
- Все дороги ведут в Рим. Так поезжай, чего же ты ждешь?
- У меня сегодня свидание!..
- Мужчин много, а вот в команду, которая третий год держится на первой строчке в турнирной таблице, тебя приглашают не каждый день. Я бы на твоем месте отменила свое дурацкое свидание и понеслась бы к господину менеджеру сломя голову.
Нина замолчала, понимая, что сестра права.
Но ее желание провести романтический вечер с Беном было так велико, что девушка сказала:
- Отменять я ничего не буду. Лучше завершу побыстрее идиотскую встречу с менеджером и вернусь сюда. А ты, дорогая моя, развлеки гостя, налей ему чаю…
- И что мне с этого будет? – невинно поинтересовалась Дина.
- О боже мой! – сестрица явно вознамерилась испытать Нинино терпение. – Сто симолеонов!..
- Идет.
- Жадина!..
- Это деловой подход. В наши дни бесплатно кошка не чихнет, моя дорогая.
Нина, недовольная тем, что ее планы нарушены, укатила в Даунтаун, а Дина, напевая себе под нос веселую песенку, осталась дожидаться гостя сестры, который внезапно оказался ее гостем.
«Надеюсь, Мортимер не узнает, что я проведу вечер наедине с мужчиной, которого раньше никогда не видела, - подумала белокурая Калиэнте. – Еще чего доброго, решит, что у меня любовник! Тогда прощай, свадьба…»
Неприятная мысль посетила голову Дины и тут же улетучилась оттуда.
Добавлено: 04 апр 2008, 17:01
над фотографиями все равно еще работать - уж больно они пустые. кстати, еще бы скачать дефолтные глазки, бо максис это такое уродство, что и описать нельзя.
Над тремя послденими фотоками тоже неплохо бы особено потрудится, в плане эмоций, потому что под текст не подходят.
Над тремя послденими фотоками тоже неплохо бы особено потрудится, в плане эмоций, потому что под текст не подходят.
Добавлено: 01 июн 2008, 13:36
С этого дня фотками занимаюсь йа) 
И серию новую выкладываю тоже йа))
Третья серия
Бен не заставил себя ждать: он приехал ровно через час после своего звонка. Встречая его, Дина приоткрыла дверь, не выходя за порог, - она все-таки опасалась, что ее могут увидеть и начать распускать слухи.
- Привет, проходите, - девушка посторонилась, пропуская Бена. Когда молодой человек оказался в доме и Дина могла его разглядеть получше, хозяйка и гость обменялись улыбками:
- Привет, а я не знал, что ты сестра мисс Калиэнте, - сказал Бен.
- В следующий раз будешь читать, что написано на бейдже, - ответила Дина. – Кстати о сестре: она укатила на неотложную встречу, связанную с работой. Подождешь ее здесь?
- Конечно, - кивнул Бен.
Они поднялись на плоскую крышу дома, где стояли два шезлонга, стереосистема и барная стойка. Дина в мгновение ока смешала «Пинаколаду» и предложила Бену бокал.
- Как прошла операция? – поинтересовалась белокурая Калиэнте, удобно устроившись в шезлонге.
- Удачно, - ответил Бен, - хотя она была не из легких.
Бен и Дина были старыми знакомыми: доктор Лонг работал в клинике, расположенной напротив кафе, в котором работала мисс Калиэнте. Он частенько заходил туда на обеденный перерыв – с коллегами и один. Бен оставлял щедрые чаевые, Дина приносила заказ быстро и всегда улыбалась. Естественно, что официантка и доктор были в хороших отношениях и, если посетителей в кафе было мало, перебрасывались парой фраз.
- И все-таки это настоящее свинство с твоей стороны, Дина! – сказал Бен, потягивая коктейль. – Ты же знаешь, как я люблю спорт! Могла бы и сказать, что твоя сестра играет…
- Я думала, ты болеешь только за мужские команды, - оправдывалась девушка.
- И что же, тебе не хотелось похвастаться сестрой?
- А чем тут хвастаться? Играет-то она в слабой команде. И потом, играет ОНА, а я принимаю заказы и уношу в мойку тарелки. Каждый из нас на своем месте.
- Ну, это пока она играет в слабой команде! Мы еще увидим твою сестру в качестве капитана национальной сборной! – увлеченно начал Бен, но зевок Дины прервал его пламенную речь. Доктор Лонг улыбнулся и извиняющимся тоном произнес:
- Все время забываю, что ты не любишь спорт.
- Не то, чтобы не люблю, просто Нина достает меня своими рассказами ежедневно. И если бы это были рассказы о работе!
- А о чем же она тебе тогда рассказывает? – рассмеялся Бен.
Девушка закатила глаза, скорчив смешную рожицу, и измученно простонала:
- По большей части – о персонале, о всяких интригах внутри команды. Сначала это было интересно, а потом я заметила, что ее истории до тошноты одинаковы: стоит только имена поменять – и вот, пожалуйста, уже готова новая сенсация для «желтой» газетенки!..
- Занимательно. Видимо, скучать с твоей сестрой не приходится, - глаза Бена смеялись.
- Это точно… - с наигранной серьезностью покивала Дина. Спустя мгновение они с Беном уже хохотали, точно только что услышали забавную шутку. Веселье не унималось несколько минут, и наконец Дина, утирая навернувшиеся на глаза слезы, сказала:
- И вот так всегда. На работе мне уже делали за это выговор: стоит нам с тобой встретиться и поговорить, как мы начинаем смеяться, как ненормальные. Почему с тобой так весело, а, Бен?
- Наверное, во мне погиб великий комик, - доктор Лонг произнес эти слова с таким пафосно-трагичным видом, что белокурая Калиэнте опять покатилась со смеху.
- Раз тебя ругают, я больше не буду заходить в ваше кафе, - сказал Бен, когда девушка успокоилась.
- Но-но! – погрозила пальцем Дина. – Попрошу без шантажа!.. Я-то тут ни при чем!
- А кто причем? Нет, скажи мне, кто?.. – расшалившийся Бен начал щекотать девушку. Та с визгом пыталась увернуться от его рук и хохотала до хрипоты.
- Ну все, все, хватит, - еле переводя дух, прошептала Дина. – Насмерть замучишь. Лучше скажи, ты вспомнил тот анекдот, который хотел рассказать мне вчера?
- Точно! Вспомнил, а то как же!..
И время начало идти каким-то своим ходом. Дина Калиэнте, взрослый ребенок, любимой игрушкой которого были симолеоны, забыла обо всем на свете. Она поминутно смеялась: Бен вспоминал все новые и новые анекдоты, один забавнее другого.
Если бы девушка посмотрела на часы, она изумилась бы – уже около четырех часов утра, а сна не было ни в одном глазу. Лишь когда на востоке забрезжила слабая полоска рассвета, девушка опомнилась.
- Ничего себе! – удивилась она. – Вот так деловая встреча у Нины!.. Скоро утро, а ее все нет…
И тут же белокурая красавица поняла, что продрогла до костей и смертельно проголодалась. Они с Беном спустились на кухню и уже через пять минут сели завтракать.
Только Дина Калиэнте смогла сервировать стол так, что поданный шедевр кулинарии (простые булочки!) казался самым удивительным блюдом, творением рук шеф-повара лучшего ресторана!
- Знаешь, - признался Бен, - а ведь я давно хотел с тобой куда-нибудь сходить. Ну, в кафе или в ночной клуб.
- Что же не предложил? – улыбнулась Дина, чувствуя, как непонятно отчего вспыхнули ее щеки.
- Ты на работе такая деловая, собранная… смеешься, конечно, но дело свое знаешь… Я представления не имел, как к тебе подступиться… можно, я тебе задам один вопрос?
- Ммм?
- Только честно – ты со всеми клиентами беседуешь так же, как со мной?..
Дину точно током ударило. В голосе Бена отчетливо слышались нотки ревности. Так и было – доктор Лонг ревновал официантку, это было слишком очевидно. И эта ревность почему-то была очень приятна девушке, хотя до этого момента она вспоминала о Бене только тогда, когда он появлялся в дверях кафе.
- Нет, - глядя ему в глаза, сказала Дина, - с остальными не так классно, как с тобой.
- Я рад, - она была готова поклясться, что Бен вздохнул с облегчением.
Они молча закончили завтрак, и доктор сказал:
- Слушай, ну раз сегодня вечером наша с твоей сестрой встреча так и не состоялась, придется тебе потанцевать со мной вместо нее!..
Хоть он и говорил шутливым тоном, вид у него был очень взволнованный. Казалось, Бен как огня боится отказа Дины. А сердце девушки гулко забилось, когда он сказал эти слова. Она подала ему руку и улыбнулась – уже не шутливо, а как-то совсем по-особенному.
Дина очень любила танцевать, но раньше она никогда не получала такого удовольствия. Девушка чувствовала себя совсем маленькой, совсем слабой рядом со своим гостем, и ей хотелось, чтоб это чувство никогда не отпускало ее, чтобы никогда не кончался этот танец. Не вполне сознавая, что она делает, Дина теснее прижалась к Бену и положила голову ему на плечо. Его ладонь скользнула по волосам белокурой Калиэнте, и ее точно током поразило.
«Что я творю, а?» - подумала шокированная Дина. Если бы Мортимер увидел эту сцену, Дина навсегда могла бы проститься с мечтой стать миссис Гот.
- Мы забыли включить музыку, - слабым голосом сказала она, не поднимая головы с плеча Бена.
- Угу, - его голос, казалось, шел откуда-то издалека.
- Я сейчас, - Дина попыталась мягко высвободиться из объятий молодого человека и тут же снова прильнула к нему, в ужасе представив, каким острым будет для нее чувство потери чего-то важного, если она перестанет чувствовать его сердцебиение.
По всей видимости, Бен испытывал примерно те же чувства. Он крепко прижал Дину к себе.
- Никуда не пущу.
Следующая мысль пришла в голову обоим с удивительной синхронностью:
«Чертова пинаколада!..»
- Да я и не ухожу никуда, - попыталась отшутиться Дина.
Она понимала, что Бен имел в виду совсем не это, но усиленно изображала святую невинность. Белокурая Калиэнте не хотела для себя славы доступной женщины, тем более – среди посетителей кафе. Когда она станет миссис Гот, нелицеприятные факты обязательно всплывут на страницах газет.
- Ну… может, телевизор посмотрим? – чувствуя себя полнейшей идиоткой, предложила Дина. Конечно, у нее не было абсолютно никакого желания пялиться в идиотскую плазменную панель, да и у Бена, судя по выражению его лица, тоже. Но надо же было хоть чем-то заняться, чтоб выйти из неловкого положения!
- Давай посмотрим, - без особого энтузиазма кивнул Бен. Молодые люди прошли в гостиную и удобно разместились на диване. Дина решилась на величайшую жертву: зная любовь Бена к спорту, она включила футбольный канал, который в обычной ситуации она не стала бы смотреть ни за что в жизни. Казалось, все вошло в норму – Бен увлекся просмотром какого-то матча и поминутно обращался к девушке с восклицаниями. Дина, улыбаясь, смотрела на доктора Лонга, с замиранием сердца понимая, что ей приятно просто наблюдать за ним.
Сегодняшняя ночь была абсолютно неправильной во всех отношениях, но это не мешало Дина чувствовать себя на вершине блаженства.
- Ну же, ну, ну… - Бен аж вскочил со своего места и скрестил пальцы: полузащитник на экране ловко обошел защиту команды противника и ворвался в штрафную. – Давай, малыш… да! – доктор подпрыгнул, выражая бурную радость. – Гол! Ты это видела, Дина! Гол!!!
Сознавал ли Бен, что делает в эту минуту? Наверное, не слишком хорошо. Когда речь идет о такой религии, как футбол, мужчин вообще нелегко понять. Так или иначе, от переполнявших его чувств он набросился на ничего еще не успевшую понять девушку с объятиями. Хрупкая Дина не удержалась и откинулась на мягкие подушки дивана, увлекая за собой Бена. Его лицо оказалось в паре дюймов от ее лица. Радостная улыбка застыла на четко очерченных губах доктора.
- Ой, извини… - выдохнул он, наслаждаясь тонким ароматом Дининых духов.
Дина хотела ответить, но не смогла. Она словно лишилась дара речи и только смотрела на Бена. Впрочем, глаза девушки были красноречивее любых слов.
А потом он нашел губами ее губы, прижавшись к ним долгим страстным поцелуем.
- Прости… - всхлипнула Дина, когда поцелуй кончился. Сердце девушки бешено колотилось о ребра. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного. Ни с одним мужчиной.
- Ты прости, я не хотел… - Бен с нежностью смотрел на ее разрумянившееся лицо с блестящими зелеными глазами и припухшими губами.
- Нет… все в порядке, правда…
В этот момент с негромким щелчком включился музыкальный центр, стоявший тут же, в гостиной. Ди-джей модной радиостанции бодрым голосом заявил, что сейчас семь утра. Дина и Бен, как по команде, посмотрели на окно. Через шторы пробивались теплые лучи осеннего солнца.
- Мне через два часа надо быть на работе, - грустно сказал доктор Лонг. Было очевидно, что ему безумно не хотелось уходить, не хотелось отпускать Дину…
- Да, конечно, - сердце девушки упало. Она выскользнула из объятий Бена и отошла от него на пару шагов, пока молодой человек вызывал такси. Назвав адрес, Бен убрал мобильный телефон и подошел к девушке.
- Ты мне всегда нравилась, Дина, - очень серьезно сказал молодой человек. – Если ты не против… - он осторожно взял руки девушки в свои, точно боясь обжечь ее, - я хотел бы пригласить тебя в ресторан… сегодня вечером… после работы…
- Да! – радостно выпалила Дина, бросившись ему на шею и не чуя под собой пола.
Когда Бен уехал, девушка начала метаться взад и вперед по гостиной, размышляя над всем случившимся.
Она изменила Мортимеру! Хотя, если говорить строго, их с Готом отношения пока не были официальными, а ведь изменяют только мужьям, в крайнем случае – женихам. Дина боялась признаться в этом даже себе, но после всего, что произошло этой ночью (а что, собственно, произошло? Подумаешь, поцеловалась со старым знакомым!..) она вовсе не была уверена в том, что хочет видеть престарелого ухажера своей второй половиной. Даже несмотря на все его симолеоны.
За окнами раздался визг тормозов. Белокурая Калиэнте выглянула в окно: ее драгоценная сестричка наконец соизволила вернуться домой, причем не на потрепанном такси, а на элегантной черной спортивной машине. Водителя Дина толком не разглядела, но успела заметить, что на нем был дорогой стильный костюм, а вовсе не безвкусная униформа.
Нина выглядела невероятно довольной. Она рассеяно улыбалась, то и дело поправляла прическу, которая была в отвратительном состоянии.
- Долго обсуждали, - не удержавшись, беззлобно съязвила Дина.
- Ну-у, как оказалось, меня ждал не только менеджер, но и сам мистер Плезант… он очень серьезный человек… хотел все обсудить до мелочей… - ответила Нина.
- Поэтому вы все обсудили. Во всех плоскостях. Особенно в горизонтальной, - заключила Дина.
- Хоть ты и моя сестра, я не давала тебе права болтать лишнего! – огрызнулась Нина. – Как там мой приятель Бенни?
- Так вышло, что твой приятель – мой старинный знакомый, - сказала Дина. – Он недавно уехал. Ему на работу.
- Понятно, - Нина совсем не расстроилась, по большому счету ей было все равно. Ночь для рыжей Калиэнте и так удалась на славу. – Ну и везет тебе на всяких чудаков! Вдобавок к мистеру Готу еще и этот!.. Он тебя замучит триплингами и подкатами…
- Хоть ты и моя сестра, - мягко, но безапелляционно прервала ее Дина, - я не давала тебе права болтать лишнего.
Сестры понимающе кивнули друг другу и направились каждая в свою комнату. У Дины был сегодня выходной, а Нина в связи с переходом в новую команду получила несколько свободных дней, вторую половину которых она провела в компании мистера Дэниела Плезанта.
И серию новую выкладываю тоже йа))
Третья серия
Бен не заставил себя ждать: он приехал ровно через час после своего звонка. Встречая его, Дина приоткрыла дверь, не выходя за порог, - она все-таки опасалась, что ее могут увидеть и начать распускать слухи.
- Привет, проходите, - девушка посторонилась, пропуская Бена. Когда молодой человек оказался в доме и Дина могла его разглядеть получше, хозяйка и гость обменялись улыбками:
- Привет, а я не знал, что ты сестра мисс Калиэнте, - сказал Бен.
- В следующий раз будешь читать, что написано на бейдже, - ответила Дина. – Кстати о сестре: она укатила на неотложную встречу, связанную с работой. Подождешь ее здесь?
- Конечно, - кивнул Бен.
Они поднялись на плоскую крышу дома, где стояли два шезлонга, стереосистема и барная стойка. Дина в мгновение ока смешала «Пинаколаду» и предложила Бену бокал.
- Как прошла операция? – поинтересовалась белокурая Калиэнте, удобно устроившись в шезлонге.
- Удачно, - ответил Бен, - хотя она была не из легких.
Бен и Дина были старыми знакомыми: доктор Лонг работал в клинике, расположенной напротив кафе, в котором работала мисс Калиэнте. Он частенько заходил туда на обеденный перерыв – с коллегами и один. Бен оставлял щедрые чаевые, Дина приносила заказ быстро и всегда улыбалась. Естественно, что официантка и доктор были в хороших отношениях и, если посетителей в кафе было мало, перебрасывались парой фраз.
- И все-таки это настоящее свинство с твоей стороны, Дина! – сказал Бен, потягивая коктейль. – Ты же знаешь, как я люблю спорт! Могла бы и сказать, что твоя сестра играет…
- Я думала, ты болеешь только за мужские команды, - оправдывалась девушка.
- И что же, тебе не хотелось похвастаться сестрой?
- А чем тут хвастаться? Играет-то она в слабой команде. И потом, играет ОНА, а я принимаю заказы и уношу в мойку тарелки. Каждый из нас на своем месте.
- Ну, это пока она играет в слабой команде! Мы еще увидим твою сестру в качестве капитана национальной сборной! – увлеченно начал Бен, но зевок Дины прервал его пламенную речь. Доктор Лонг улыбнулся и извиняющимся тоном произнес:
- Все время забываю, что ты не любишь спорт.
- Не то, чтобы не люблю, просто Нина достает меня своими рассказами ежедневно. И если бы это были рассказы о работе!
- А о чем же она тебе тогда рассказывает? – рассмеялся Бен.
Девушка закатила глаза, скорчив смешную рожицу, и измученно простонала:
- По большей части – о персонале, о всяких интригах внутри команды. Сначала это было интересно, а потом я заметила, что ее истории до тошноты одинаковы: стоит только имена поменять – и вот, пожалуйста, уже готова новая сенсация для «желтой» газетенки!..
- Занимательно. Видимо, скучать с твоей сестрой не приходится, - глаза Бена смеялись.
- Это точно… - с наигранной серьезностью покивала Дина. Спустя мгновение они с Беном уже хохотали, точно только что услышали забавную шутку. Веселье не унималось несколько минут, и наконец Дина, утирая навернувшиеся на глаза слезы, сказала:
- И вот так всегда. На работе мне уже делали за это выговор: стоит нам с тобой встретиться и поговорить, как мы начинаем смеяться, как ненормальные. Почему с тобой так весело, а, Бен?
- Наверное, во мне погиб великий комик, - доктор Лонг произнес эти слова с таким пафосно-трагичным видом, что белокурая Калиэнте опять покатилась со смеху.
- Раз тебя ругают, я больше не буду заходить в ваше кафе, - сказал Бен, когда девушка успокоилась.
- Но-но! – погрозила пальцем Дина. – Попрошу без шантажа!.. Я-то тут ни при чем!
- А кто причем? Нет, скажи мне, кто?.. – расшалившийся Бен начал щекотать девушку. Та с визгом пыталась увернуться от его рук и хохотала до хрипоты.
- Ну все, все, хватит, - еле переводя дух, прошептала Дина. – Насмерть замучишь. Лучше скажи, ты вспомнил тот анекдот, который хотел рассказать мне вчера?
- Точно! Вспомнил, а то как же!..
И время начало идти каким-то своим ходом. Дина Калиэнте, взрослый ребенок, любимой игрушкой которого были симолеоны, забыла обо всем на свете. Она поминутно смеялась: Бен вспоминал все новые и новые анекдоты, один забавнее другого.
Если бы девушка посмотрела на часы, она изумилась бы – уже около четырех часов утра, а сна не было ни в одном глазу. Лишь когда на востоке забрезжила слабая полоска рассвета, девушка опомнилась.
- Ничего себе! – удивилась она. – Вот так деловая встреча у Нины!.. Скоро утро, а ее все нет…
И тут же белокурая красавица поняла, что продрогла до костей и смертельно проголодалась. Они с Беном спустились на кухню и уже через пять минут сели завтракать.
Только Дина Калиэнте смогла сервировать стол так, что поданный шедевр кулинарии (простые булочки!) казался самым удивительным блюдом, творением рук шеф-повара лучшего ресторана!
- Знаешь, - признался Бен, - а ведь я давно хотел с тобой куда-нибудь сходить. Ну, в кафе или в ночной клуб.
- Что же не предложил? – улыбнулась Дина, чувствуя, как непонятно отчего вспыхнули ее щеки.
- Ты на работе такая деловая, собранная… смеешься, конечно, но дело свое знаешь… Я представления не имел, как к тебе подступиться… можно, я тебе задам один вопрос?
- Ммм?
- Только честно – ты со всеми клиентами беседуешь так же, как со мной?..
Дину точно током ударило. В голосе Бена отчетливо слышались нотки ревности. Так и было – доктор Лонг ревновал официантку, это было слишком очевидно. И эта ревность почему-то была очень приятна девушке, хотя до этого момента она вспоминала о Бене только тогда, когда он появлялся в дверях кафе.
- Нет, - глядя ему в глаза, сказала Дина, - с остальными не так классно, как с тобой.
- Я рад, - она была готова поклясться, что Бен вздохнул с облегчением.
Они молча закончили завтрак, и доктор сказал:
- Слушай, ну раз сегодня вечером наша с твоей сестрой встреча так и не состоялась, придется тебе потанцевать со мной вместо нее!..
Хоть он и говорил шутливым тоном, вид у него был очень взволнованный. Казалось, Бен как огня боится отказа Дины. А сердце девушки гулко забилось, когда он сказал эти слова. Она подала ему руку и улыбнулась – уже не шутливо, а как-то совсем по-особенному.
Дина очень любила танцевать, но раньше она никогда не получала такого удовольствия. Девушка чувствовала себя совсем маленькой, совсем слабой рядом со своим гостем, и ей хотелось, чтоб это чувство никогда не отпускало ее, чтобы никогда не кончался этот танец. Не вполне сознавая, что она делает, Дина теснее прижалась к Бену и положила голову ему на плечо. Его ладонь скользнула по волосам белокурой Калиэнте, и ее точно током поразило.
«Что я творю, а?» - подумала шокированная Дина. Если бы Мортимер увидел эту сцену, Дина навсегда могла бы проститься с мечтой стать миссис Гот.
- Мы забыли включить музыку, - слабым голосом сказала она, не поднимая головы с плеча Бена.
- Угу, - его голос, казалось, шел откуда-то издалека.
- Я сейчас, - Дина попыталась мягко высвободиться из объятий молодого человека и тут же снова прильнула к нему, в ужасе представив, каким острым будет для нее чувство потери чего-то важного, если она перестанет чувствовать его сердцебиение.
По всей видимости, Бен испытывал примерно те же чувства. Он крепко прижал Дину к себе.
- Никуда не пущу.
Следующая мысль пришла в голову обоим с удивительной синхронностью:
«Чертова пинаколада!..»
- Да я и не ухожу никуда, - попыталась отшутиться Дина.
Она понимала, что Бен имел в виду совсем не это, но усиленно изображала святую невинность. Белокурая Калиэнте не хотела для себя славы доступной женщины, тем более – среди посетителей кафе. Когда она станет миссис Гот, нелицеприятные факты обязательно всплывут на страницах газет.
- Ну… может, телевизор посмотрим? – чувствуя себя полнейшей идиоткой, предложила Дина. Конечно, у нее не было абсолютно никакого желания пялиться в идиотскую плазменную панель, да и у Бена, судя по выражению его лица, тоже. Но надо же было хоть чем-то заняться, чтоб выйти из неловкого положения!
- Давай посмотрим, - без особого энтузиазма кивнул Бен. Молодые люди прошли в гостиную и удобно разместились на диване. Дина решилась на величайшую жертву: зная любовь Бена к спорту, она включила футбольный канал, который в обычной ситуации она не стала бы смотреть ни за что в жизни. Казалось, все вошло в норму – Бен увлекся просмотром какого-то матча и поминутно обращался к девушке с восклицаниями. Дина, улыбаясь, смотрела на доктора Лонга, с замиранием сердца понимая, что ей приятно просто наблюдать за ним.
Сегодняшняя ночь была абсолютно неправильной во всех отношениях, но это не мешало Дина чувствовать себя на вершине блаженства.
- Ну же, ну, ну… - Бен аж вскочил со своего места и скрестил пальцы: полузащитник на экране ловко обошел защиту команды противника и ворвался в штрафную. – Давай, малыш… да! – доктор подпрыгнул, выражая бурную радость. – Гол! Ты это видела, Дина! Гол!!!
Сознавал ли Бен, что делает в эту минуту? Наверное, не слишком хорошо. Когда речь идет о такой религии, как футбол, мужчин вообще нелегко понять. Так или иначе, от переполнявших его чувств он набросился на ничего еще не успевшую понять девушку с объятиями. Хрупкая Дина не удержалась и откинулась на мягкие подушки дивана, увлекая за собой Бена. Его лицо оказалось в паре дюймов от ее лица. Радостная улыбка застыла на четко очерченных губах доктора.
- Ой, извини… - выдохнул он, наслаждаясь тонким ароматом Дининых духов.
Дина хотела ответить, но не смогла. Она словно лишилась дара речи и только смотрела на Бена. Впрочем, глаза девушки были красноречивее любых слов.
А потом он нашел губами ее губы, прижавшись к ним долгим страстным поцелуем.
- Прости… - всхлипнула Дина, когда поцелуй кончился. Сердце девушки бешено колотилось о ребра. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного. Ни с одним мужчиной.
- Ты прости, я не хотел… - Бен с нежностью смотрел на ее разрумянившееся лицо с блестящими зелеными глазами и припухшими губами.
- Нет… все в порядке, правда…
В этот момент с негромким щелчком включился музыкальный центр, стоявший тут же, в гостиной. Ди-джей модной радиостанции бодрым голосом заявил, что сейчас семь утра. Дина и Бен, как по команде, посмотрели на окно. Через шторы пробивались теплые лучи осеннего солнца.
- Мне через два часа надо быть на работе, - грустно сказал доктор Лонг. Было очевидно, что ему безумно не хотелось уходить, не хотелось отпускать Дину…
- Да, конечно, - сердце девушки упало. Она выскользнула из объятий Бена и отошла от него на пару шагов, пока молодой человек вызывал такси. Назвав адрес, Бен убрал мобильный телефон и подошел к девушке.
- Ты мне всегда нравилась, Дина, - очень серьезно сказал молодой человек. – Если ты не против… - он осторожно взял руки девушки в свои, точно боясь обжечь ее, - я хотел бы пригласить тебя в ресторан… сегодня вечером… после работы…
- Да! – радостно выпалила Дина, бросившись ему на шею и не чуя под собой пола.
Когда Бен уехал, девушка начала метаться взад и вперед по гостиной, размышляя над всем случившимся.
Она изменила Мортимеру! Хотя, если говорить строго, их с Готом отношения пока не были официальными, а ведь изменяют только мужьям, в крайнем случае – женихам. Дина боялась признаться в этом даже себе, но после всего, что произошло этой ночью (а что, собственно, произошло? Подумаешь, поцеловалась со старым знакомым!..) она вовсе не была уверена в том, что хочет видеть престарелого ухажера своей второй половиной. Даже несмотря на все его симолеоны.
За окнами раздался визг тормозов. Белокурая Калиэнте выглянула в окно: ее драгоценная сестричка наконец соизволила вернуться домой, причем не на потрепанном такси, а на элегантной черной спортивной машине. Водителя Дина толком не разглядела, но успела заметить, что на нем был дорогой стильный костюм, а вовсе не безвкусная униформа.
Нина выглядела невероятно довольной. Она рассеяно улыбалась, то и дело поправляла прическу, которая была в отвратительном состоянии.
- Долго обсуждали, - не удержавшись, беззлобно съязвила Дина.
- Ну-у, как оказалось, меня ждал не только менеджер, но и сам мистер Плезант… он очень серьезный человек… хотел все обсудить до мелочей… - ответила Нина.
- Поэтому вы все обсудили. Во всех плоскостях. Особенно в горизонтальной, - заключила Дина.
- Хоть ты и моя сестра, я не давала тебе права болтать лишнего! – огрызнулась Нина. – Как там мой приятель Бенни?
- Так вышло, что твой приятель – мой старинный знакомый, - сказала Дина. – Он недавно уехал. Ему на работу.
- Понятно, - Нина совсем не расстроилась, по большому счету ей было все равно. Ночь для рыжей Калиэнте и так удалась на славу. – Ну и везет тебе на всяких чудаков! Вдобавок к мистеру Готу еще и этот!.. Он тебя замучит триплингами и подкатами…
- Хоть ты и моя сестра, - мягко, но безапелляционно прервала ее Дина, - я не давала тебе права болтать лишнего.
Сестры понимающе кивнули друг другу и направились каждая в свою комнату. У Дины был сегодня выходной, а Нина в связи с переходом в новую команду получила несколько свободных дней, вторую половину которых она провела в компании мистера Дэниела Плезанта.
Добавлено: 15 июн 2008, 23:33
Четвертая серия
Прошла удивительно теплая и щедрая на урожай осень, и зима вступила в свои права. Такой красоты в Плезантвью давно никто не видел: с первого дня на землю лег пушистый снег, небо поражало кристальной чистотой, а мороз, вопреки ожиданиям, был вполне терпимым. Жители городка, как один, устремились в центральный парк и в недавно открытый мэром Мэри-Сью Плезант ледовый комплекс. Приближался всеми любимый праздник Рождество, которого сестры Калиэнте ждали в этом году с особым нетерпением. И дело было вовсе не в том, что девушки надеялись получить от Санты щедрые подарки. Просто на рождественские праздники Готы всем семейством отправлялись на свою роскошную виллу, расположенную где-то в тропических широтах на берегу океана. И для Дины, и для Нины это означало карт-бланш: рыжая Калиэнте могла без зазрения совести и опасений проводить со своим Доном столько времени, сколько хотела, не опасаясь его «прекрасной» Кассандры, а Дина думала только о том, что едва самолет Мортимера поднимется в небо, она бросится в объятия Бена, перестав наконец вздрагивать от малейшего шороха. У девушки за последние месяцы развилась настоящая мания преследования: ей постоянно казалось, что Мортимер нанял для слежки за ней частного сыщика и ему известен каждый шаг белокурой красавицы.
Нина смеялась над сестрой и советовала ей перестать смотреть на ночь глупые детективы. Причин для паники действительно не было: Мортимер был удивительно нежен со своей юной возлюбленной. Даже, пожалуй, слишком нежен. И чересчур страстен. Некоторые его выходки раздражали девушку, например, стремление мистера Гота страстно целовать ее по поводу и без него. Поцелуи Мортимера были неприятны Дине сами по себе (она каждый день задумывалась, стоит ли игра свеч), а мистер Гот с его непреодолимой тягой к публичности не упускал возможности приласкать и облобызать возлюбленную прилюдно. И каждый раз Дина чувствовала издевательские и сочувственные взгляды невольных свидетелей сцен, которые у нормальных пар имеют место быть при закрытых дверях.
- Он просто тебя очень любит, - Нина повторяла эту фразу всякий раз, как сестрица возвращалась после свидания с мистером Готом.
- Чудесно, - тяжело вздыхала Дина.
- Ты не рада? Не сегодня-завтра он попросит твоей руки! Разве ты не этого хочешь?.. – Нина решительно не понимала резкой перемены, произошедшей с сестрой.
- Я уже не знаю, чего хочу, - с этими словами белокурая Калиэнте опускалась в кресло, прятала лицо в ладонях и сидела без движения несколько часов. Она вздрагивала, но никогда не плакала. Дина справедливо считала, что слезами горю не поможешь.
Однажды Нина не выдержала этого душераздирающего зрелища:
- Так брось ты его, в конце концов! Зачем насиловать себя, сестричка?..
В отличие от Дины, ее рыжеволосая близняшка позволяла себе быть слабой, понимая, что в этом заключается ее сила; на глаза Нине навернулись слезы, так ей было жаль единственную и, несмотря ни на что, любимую сестру.
- Ты не понимаешь… - слабо отозвалась Дина, не понимая головы.
- Ты-то сама понимаешь?.. – Нина едва сдерживалась, чтоб не залепить сестре увесистую оплеуху. – Дались тебе его миллионы! Они не стоят того, чтоб ты потом всю жизнь с отвращением ложилась с ним в постель и плакала по ночам в подушку!..
- Я… не буду плакать… - еле слышно прошептала возлюбленная мистера Гота. – Ты же знаешь…
- Я знаю только одно: моя сестра – идиотка! – с этими словами звезда спорта что было сил пнула ногой изящный журнальный столик. – Моя сестра влюблена в лучшего хирурга Плезантвью, как глупая школьница, и, тем не менее, собирается продаться за пачку вонючих симолеонов старому выжившему из ума козлу!..
- Этой пачки вонючих симолеонов, - все так же тихо, но твердо возразила Дина, - хватит, чтоб купить твою звездную команду вместе с ее президентом, потом подарить ее кому-нибудь и выкупить обратно. И так по меньшей мере пять раз.
- Да хоть двадцать раз! – Нина металась по гостиной, как лев в клетке, для успокоения нервов попинывая ни в чем не повинную мебель и огромного плюшевого зайца, подаренного Дине Мортимером. – Симолеоны не властны над твоим сердцем, и если ты будешь продолжать крутить роман с мистером Готом, то очень скоро свихнешься. Или сведешь с ума меня своими бесконечными истериками и похоронным видом!
- Я все поняла, - мрачно сказала Дина, поднимаясь из кресла и глядя на сестру влажно блестящими глазами. – Я даже в собственном доме должна притворяться. Я всегда должна притворяться! Всегда, даже с любимым человеком!.. – с этими словами девушка взбежала по лестнице, и Нина услышала, как наверху хлопнула дверь. Рыжая Калиэнте бросилась за сестрой и, естественно, обнаружила, что сестра заперлась в своей комнате.
- Дина, открой! – Нина заколотила кулаками в дверь, но все было бесполезно. Дина осталась наедине со своей болью.
На следующее утро она извинилась перед сестрой за истерику, но с того вечера между девушками точно выросла невидимая стена: Дина Калиэнте, по-прежнему возвращаясь от Мортимера мрачно и грустной, всегда запиралась в своей комнате, не говоря Нине ничего, кроме еле слышного «Привет».
Нина была готова поклясться, что, оставшись в одиночестве, сестра плачет.
Но когда Дине предстояло свидание с Беном, с девушкой происходила чудесная перемена. С самого утра она точно летала на крыльях, и чем ближе был назначенный час, тем ярче сияли ее счастливые зеленые глаза. Она могла два часа прокрутиться перед огромным зеркалом, примеряя то один, то другой наряд, и изводила Нину бесконечными вопросами типа: «Тебе нравится? А как думаешь, ЕМУ понравится? Мне идет? А вдруг он подумает, что у меня нет вкуса?..» В такие моменты Нина не знала, биться ли ей головой о стену или задушить сестру в объятиях от радости за них с Беном. Дина начинала собираться сразу после душа, который всегда принимала, возвращаясь с работы, все равно едва успевала на свидания вовремя. Еще бы! На ее туалетном столике был разложено столько косметики, что можно было накрасить всех жительниц Плезантвью, и неугомонная Дина пыталась изобрести для себя идеальный макияж, пробуя все новые и новые сочетания цветов.
- Тебе не нужно краситься, - добродушно посмеивалась Нина, глядя на ухищрения сестры. – И одеваться тоже не нужно. Ты светишься изнутри от своей любви. Это самое лучшее украшение для женщины.
- Ничто не подчеркнет моей красоты так, как элегантное платье и пара золотых украшений, - не отрывая взгляда от своего отражения, возражала Дина.
Однако по ее тону было понятно, что она полностью согласна с сестрой. А слова… слова – это только слова. Нельзя же показать любимой Нине свою неправоту!..
Описать Дину, какой она возвращалась от Бена, было невозможно. Ее просто надо было видеть. Всякий раз она была разной: то задумчиво улыбалась и таинственно молчала, игнорируя расспросы любопытной сестрицы, то буквально прыгала, как ребенок, и распевала романтические песни. Одно было неизменно – Дина Калиэнте была счастлива, расцветала в объятьях Бенджамина Лонга.
Она никогда не говорила о своих чувствах, но все было настолько очевидно, что даже Дон, с которым убегающая на свидание Дина столкнулась в дверях, спросил потом у Нины:
- Слушай, она так хорошо играет или случилось невозможное?
- Ты о чем? – не поняла Нина.
- Неужели Дина влюбилась в Гота?..
Хоть рыжая Калиэнте вполне доверяла возлюбленному, утаивая лишь свои женские секреты, в этот раз она лишь пожала плечами и поспешила перевести разговор на другую тему.
Рождество сестры проводили отдельно друг от друга: Нина с Доном отправились веселиться в Даунтаун, а Бен пригласил любимую к себе домой. Белокурая Калиэнте готовилась к этому вечеру целую неделю, перемерив все платья, которые продавались в лучших магазинах Блуотера и Даунтауна, просмотрев все журналы в поисках идеальной прически и макияжа и совершенно измучив продавщиц парфюмерных отделов.
До сочельника оставалось всего несколько часов, и рабочий день Дины Калиэнте подходил к логическому завершению. Рита Орно, менеджер зала, с расширенными от удивления глазами смотрела на девушку, которая легкими быстрыми шагами сновала из зала в кухню и грациозно лавировала между столиками, разнося заказы и приветливо улыбаясь посетителям. Прочие официантки едва передвигали ноги от изнеможения и только тем и занимались, что искали возможность присесть хотя бы на пару секунд, а Дина выглядела так, словно только что приступила к выполнению обязанностей. А ведь все столики в кафе были заняты, любители коктейлей толпились у барных стоек, поминутно толкая друг друга локтями и возбужденно переговариваясь. Рита мельком взглянула в журнал и негромко, но грязно выругалась: на ночь Светлого Христова Рождества все столики были заказаны и расписаны буквально по минутам, а двери кафе то и дело открывались, впуская новых и новых посетителей.
«А еще говорят, что Рождество – семейный праздник!..» - раздраженно подумала Рита, профессионально улыбаясь очередным посетителям - группе веселых и уже подвыпивших студентов. Шеф, правда, будет безумно доволен: по самым скромным подсчетам, доход за одну сегодняшнюю ночь должен в два раза превысить среднемесячный. Если, конечно, обойдется без таких эксцессов, как битье стекол, а то слишком многие заказывают такие коктейли, от которых сразу башню сносит. Впрочем, некоторым алкоголь стоит пить исключительно для запаха – дури у них, судя по всему, и своей хватает. Счастливого Рождества, миссис Орно! «Повезло же мне работать именно сегодня!» - тяжело вздохнула Рита.
Но времени отвлекаться на размышления у нее, как у всего персонала, не было, и госпожа менеджер вернулась к прямым обязанностям: вежливые отказы по телефону (такое ощущение, что весь Плезантвью и окрестности решили провести Рождественскую ночь именно у них!), на которые далеко не всегда следовали вежливые ответы, провожание счастливчиков, успевших заказать столик, до этих самых столиков… но чаще всего приходилось делать замечания в адрес официанток, всеми правдами и неправдами старающихся найти укромный уголок, чтоб отдохнуть там хоть минуту. Рите было жаль девушек, ведь она не понаслышке знала, какой у них каторжный труд, но работа есть работа, и менеджер с суровым видом грозилась уволить нерадивых сотрудниц, если подобное повторится.
Раздался очередной телефонный звонок, и миссис Орно поднесла трубку к уху.
- Кафе «Метро», добрый вечер.
- Миссис Орно, это Мэрилин, - хрипло и еле слышно ответил женский голос, - я не смогу сегодня выйти на работу. У меня поднялась температура, я вызвала врача.
- Хорошо, мисс Браун, попарвляйтесь. До свидания, - Ритино сердце болезненно сжалось. Персонал и без того едва справлялся с обязанностями, а ночью работы будет еще больше. В свете грядущих событий потеря даже одной официантки казалась непоправимой трагедией.
В этот момент мимо стойки менеджера, обаятельно улыбаясь, прошла Дина Калиэнте. Прищурившись, Рита проводила девушку глазами. Она подала еду сидящим за столиком у окна бизнесменам, не сделав ни одного лишнего или неловкого движения.
Дина немного задержалась, обмениваясь любезностями с посетителями, и ее прекрасная внешность вместе с изящными и непринужденными манерами были оценены по достоинству – отходя от посетителей, она прятала в карман несколько шуршащих бумажек. Рита чуть приободрилась и кивнула сама себе.
Дина работала добросовестно, с удовольствием, и Рита ни секунды не сомневалась в том, что она охотно подменит заболевшую Мэрилин. Менеджер жестом подозвала к себе официантку.
- Да, миссис Орно? – вежливо спросила Дина, поравнявшись с начальницей.
Рита улыбнулась девушке, уже не вымученной, а искренней, теплой улыбкой. Дина была очаровательна и вызывала у окружающих столько позитивных эмоций, что в ее присутствии никто не мог долго оставаться мрачным.
- Мисс Калиэнте, Мэрилин Браун, которая должна сменить вас, заболела. У нее высокая температура. Не могли бы вы остаться на ее смену? – менеджер ожидала, что Дина тут же согласится, ведь она всегда была не прочь заработать сверхурочные. Но сейчас Дина отрицательно покачала головой.
- Извините, я не могу… у меня сегодня… - она вовремя опомнилась, и неосторожная фраза не слетела с ее губ. Дина Калиэнте была возлюбленной Мортимера Гота, который сейчас находился в путешествии, и значит, ни на какое свидание идти не могла, - девичник с сестрой… Она меня убьет, если я проведу эту ночь на работе…
Дина терпеть не могла лгать и старалась никогда не делать подобного, по крайней мере, с людьми, с которыми у нее были хорошие отношения. А Рита Орно входила в их число. С самого первого дня, как Дина приступила к работе в кафе «Метро», у нее с этим менеджером было полное взаимопонимание. А теперь, обманывая Риту, Дина чувствовала, как краска заливает ее лицо. Она опустила глаза и начала комкать край своего безукоризненного белоснежного фартука. Рита заметила это и нахмурилась.
- Не ожидала от тебя подобного… - они с Диной поняли друг друга с полуслова. Миссис Орно было невозможно провести, и к тому же менеджер, будучи патологически честным человеком, крайне отрицательно и нетерпимо относилась к лгунам. Дина покраснела еще сильней под ее осуждающим взглядом и, сопя носом, как провинившаяся школьница в кабинете директора, рассматривала узор на ковролине.
- Приступайте к работе, мисс Калиэнте, - стальным голосом сказала Рита Орно, делая на полях журнала пометку: «Дина Калиэнте – сверхурочные с 18.00 до 7.00. Двадцать пятое декабря.»
Рита знала, что Дина не будет возражать, и оказалась права.
Прошла удивительно теплая и щедрая на урожай осень, и зима вступила в свои права. Такой красоты в Плезантвью давно никто не видел: с первого дня на землю лег пушистый снег, небо поражало кристальной чистотой, а мороз, вопреки ожиданиям, был вполне терпимым. Жители городка, как один, устремились в центральный парк и в недавно открытый мэром Мэри-Сью Плезант ледовый комплекс. Приближался всеми любимый праздник Рождество, которого сестры Калиэнте ждали в этом году с особым нетерпением. И дело было вовсе не в том, что девушки надеялись получить от Санты щедрые подарки. Просто на рождественские праздники Готы всем семейством отправлялись на свою роскошную виллу, расположенную где-то в тропических широтах на берегу океана. И для Дины, и для Нины это означало карт-бланш: рыжая Калиэнте могла без зазрения совести и опасений проводить со своим Доном столько времени, сколько хотела, не опасаясь его «прекрасной» Кассандры, а Дина думала только о том, что едва самолет Мортимера поднимется в небо, она бросится в объятия Бена, перестав наконец вздрагивать от малейшего шороха. У девушки за последние месяцы развилась настоящая мания преследования: ей постоянно казалось, что Мортимер нанял для слежки за ней частного сыщика и ему известен каждый шаг белокурой красавицы.
Нина смеялась над сестрой и советовала ей перестать смотреть на ночь глупые детективы. Причин для паники действительно не было: Мортимер был удивительно нежен со своей юной возлюбленной. Даже, пожалуй, слишком нежен. И чересчур страстен. Некоторые его выходки раздражали девушку, например, стремление мистера Гота страстно целовать ее по поводу и без него. Поцелуи Мортимера были неприятны Дине сами по себе (она каждый день задумывалась, стоит ли игра свеч), а мистер Гот с его непреодолимой тягой к публичности не упускал возможности приласкать и облобызать возлюбленную прилюдно. И каждый раз Дина чувствовала издевательские и сочувственные взгляды невольных свидетелей сцен, которые у нормальных пар имеют место быть при закрытых дверях.
- Он просто тебя очень любит, - Нина повторяла эту фразу всякий раз, как сестрица возвращалась после свидания с мистером Готом.
- Чудесно, - тяжело вздыхала Дина.
- Ты не рада? Не сегодня-завтра он попросит твоей руки! Разве ты не этого хочешь?.. – Нина решительно не понимала резкой перемены, произошедшей с сестрой.
- Я уже не знаю, чего хочу, - с этими словами белокурая Калиэнте опускалась в кресло, прятала лицо в ладонях и сидела без движения несколько часов. Она вздрагивала, но никогда не плакала. Дина справедливо считала, что слезами горю не поможешь.
Однажды Нина не выдержала этого душераздирающего зрелища:
- Так брось ты его, в конце концов! Зачем насиловать себя, сестричка?..
В отличие от Дины, ее рыжеволосая близняшка позволяла себе быть слабой, понимая, что в этом заключается ее сила; на глаза Нине навернулись слезы, так ей было жаль единственную и, несмотря ни на что, любимую сестру.
- Ты не понимаешь… - слабо отозвалась Дина, не понимая головы.
- Ты-то сама понимаешь?.. – Нина едва сдерживалась, чтоб не залепить сестре увесистую оплеуху. – Дались тебе его миллионы! Они не стоят того, чтоб ты потом всю жизнь с отвращением ложилась с ним в постель и плакала по ночам в подушку!..
- Я… не буду плакать… - еле слышно прошептала возлюбленная мистера Гота. – Ты же знаешь…
- Я знаю только одно: моя сестра – идиотка! – с этими словами звезда спорта что было сил пнула ногой изящный журнальный столик. – Моя сестра влюблена в лучшего хирурга Плезантвью, как глупая школьница, и, тем не менее, собирается продаться за пачку вонючих симолеонов старому выжившему из ума козлу!..
- Этой пачки вонючих симолеонов, - все так же тихо, но твердо возразила Дина, - хватит, чтоб купить твою звездную команду вместе с ее президентом, потом подарить ее кому-нибудь и выкупить обратно. И так по меньшей мере пять раз.
- Да хоть двадцать раз! – Нина металась по гостиной, как лев в клетке, для успокоения нервов попинывая ни в чем не повинную мебель и огромного плюшевого зайца, подаренного Дине Мортимером. – Симолеоны не властны над твоим сердцем, и если ты будешь продолжать крутить роман с мистером Готом, то очень скоро свихнешься. Или сведешь с ума меня своими бесконечными истериками и похоронным видом!
- Я все поняла, - мрачно сказала Дина, поднимаясь из кресла и глядя на сестру влажно блестящими глазами. – Я даже в собственном доме должна притворяться. Я всегда должна притворяться! Всегда, даже с любимым человеком!.. – с этими словами девушка взбежала по лестнице, и Нина услышала, как наверху хлопнула дверь. Рыжая Калиэнте бросилась за сестрой и, естественно, обнаружила, что сестра заперлась в своей комнате.
- Дина, открой! – Нина заколотила кулаками в дверь, но все было бесполезно. Дина осталась наедине со своей болью.
На следующее утро она извинилась перед сестрой за истерику, но с того вечера между девушками точно выросла невидимая стена: Дина Калиэнте, по-прежнему возвращаясь от Мортимера мрачно и грустной, всегда запиралась в своей комнате, не говоря Нине ничего, кроме еле слышного «Привет».
Нина была готова поклясться, что, оставшись в одиночестве, сестра плачет.
Но когда Дине предстояло свидание с Беном, с девушкой происходила чудесная перемена. С самого утра она точно летала на крыльях, и чем ближе был назначенный час, тем ярче сияли ее счастливые зеленые глаза. Она могла два часа прокрутиться перед огромным зеркалом, примеряя то один, то другой наряд, и изводила Нину бесконечными вопросами типа: «Тебе нравится? А как думаешь, ЕМУ понравится? Мне идет? А вдруг он подумает, что у меня нет вкуса?..» В такие моменты Нина не знала, биться ли ей головой о стену или задушить сестру в объятиях от радости за них с Беном. Дина начинала собираться сразу после душа, который всегда принимала, возвращаясь с работы, все равно едва успевала на свидания вовремя. Еще бы! На ее туалетном столике был разложено столько косметики, что можно было накрасить всех жительниц Плезантвью, и неугомонная Дина пыталась изобрести для себя идеальный макияж, пробуя все новые и новые сочетания цветов.
- Тебе не нужно краситься, - добродушно посмеивалась Нина, глядя на ухищрения сестры. – И одеваться тоже не нужно. Ты светишься изнутри от своей любви. Это самое лучшее украшение для женщины.
- Ничто не подчеркнет моей красоты так, как элегантное платье и пара золотых украшений, - не отрывая взгляда от своего отражения, возражала Дина.
Однако по ее тону было понятно, что она полностью согласна с сестрой. А слова… слова – это только слова. Нельзя же показать любимой Нине свою неправоту!..
Описать Дину, какой она возвращалась от Бена, было невозможно. Ее просто надо было видеть. Всякий раз она была разной: то задумчиво улыбалась и таинственно молчала, игнорируя расспросы любопытной сестрицы, то буквально прыгала, как ребенок, и распевала романтические песни. Одно было неизменно – Дина Калиэнте была счастлива, расцветала в объятьях Бенджамина Лонга.
Она никогда не говорила о своих чувствах, но все было настолько очевидно, что даже Дон, с которым убегающая на свидание Дина столкнулась в дверях, спросил потом у Нины:
- Слушай, она так хорошо играет или случилось невозможное?
- Ты о чем? – не поняла Нина.
- Неужели Дина влюбилась в Гота?..
Хоть рыжая Калиэнте вполне доверяла возлюбленному, утаивая лишь свои женские секреты, в этот раз она лишь пожала плечами и поспешила перевести разговор на другую тему.
Рождество сестры проводили отдельно друг от друга: Нина с Доном отправились веселиться в Даунтаун, а Бен пригласил любимую к себе домой. Белокурая Калиэнте готовилась к этому вечеру целую неделю, перемерив все платья, которые продавались в лучших магазинах Блуотера и Даунтауна, просмотрев все журналы в поисках идеальной прически и макияжа и совершенно измучив продавщиц парфюмерных отделов.
До сочельника оставалось всего несколько часов, и рабочий день Дины Калиэнте подходил к логическому завершению. Рита Орно, менеджер зала, с расширенными от удивления глазами смотрела на девушку, которая легкими быстрыми шагами сновала из зала в кухню и грациозно лавировала между столиками, разнося заказы и приветливо улыбаясь посетителям. Прочие официантки едва передвигали ноги от изнеможения и только тем и занимались, что искали возможность присесть хотя бы на пару секунд, а Дина выглядела так, словно только что приступила к выполнению обязанностей. А ведь все столики в кафе были заняты, любители коктейлей толпились у барных стоек, поминутно толкая друг друга локтями и возбужденно переговариваясь. Рита мельком взглянула в журнал и негромко, но грязно выругалась: на ночь Светлого Христова Рождества все столики были заказаны и расписаны буквально по минутам, а двери кафе то и дело открывались, впуская новых и новых посетителей.
«А еще говорят, что Рождество – семейный праздник!..» - раздраженно подумала Рита, профессионально улыбаясь очередным посетителям - группе веселых и уже подвыпивших студентов. Шеф, правда, будет безумно доволен: по самым скромным подсчетам, доход за одну сегодняшнюю ночь должен в два раза превысить среднемесячный. Если, конечно, обойдется без таких эксцессов, как битье стекол, а то слишком многие заказывают такие коктейли, от которых сразу башню сносит. Впрочем, некоторым алкоголь стоит пить исключительно для запаха – дури у них, судя по всему, и своей хватает. Счастливого Рождества, миссис Орно! «Повезло же мне работать именно сегодня!» - тяжело вздохнула Рита.
Но времени отвлекаться на размышления у нее, как у всего персонала, не было, и госпожа менеджер вернулась к прямым обязанностям: вежливые отказы по телефону (такое ощущение, что весь Плезантвью и окрестности решили провести Рождественскую ночь именно у них!), на которые далеко не всегда следовали вежливые ответы, провожание счастливчиков, успевших заказать столик, до этих самых столиков… но чаще всего приходилось делать замечания в адрес официанток, всеми правдами и неправдами старающихся найти укромный уголок, чтоб отдохнуть там хоть минуту. Рите было жаль девушек, ведь она не понаслышке знала, какой у них каторжный труд, но работа есть работа, и менеджер с суровым видом грозилась уволить нерадивых сотрудниц, если подобное повторится.
Раздался очередной телефонный звонок, и миссис Орно поднесла трубку к уху.
- Кафе «Метро», добрый вечер.
- Миссис Орно, это Мэрилин, - хрипло и еле слышно ответил женский голос, - я не смогу сегодня выйти на работу. У меня поднялась температура, я вызвала врача.
- Хорошо, мисс Браун, попарвляйтесь. До свидания, - Ритино сердце болезненно сжалось. Персонал и без того едва справлялся с обязанностями, а ночью работы будет еще больше. В свете грядущих событий потеря даже одной официантки казалась непоправимой трагедией.
В этот момент мимо стойки менеджера, обаятельно улыбаясь, прошла Дина Калиэнте. Прищурившись, Рита проводила девушку глазами. Она подала еду сидящим за столиком у окна бизнесменам, не сделав ни одного лишнего или неловкого движения.
Дина немного задержалась, обмениваясь любезностями с посетителями, и ее прекрасная внешность вместе с изящными и непринужденными манерами были оценены по достоинству – отходя от посетителей, она прятала в карман несколько шуршащих бумажек. Рита чуть приободрилась и кивнула сама себе.
Дина работала добросовестно, с удовольствием, и Рита ни секунды не сомневалась в том, что она охотно подменит заболевшую Мэрилин. Менеджер жестом подозвала к себе официантку.
- Да, миссис Орно? – вежливо спросила Дина, поравнявшись с начальницей.
Рита улыбнулась девушке, уже не вымученной, а искренней, теплой улыбкой. Дина была очаровательна и вызывала у окружающих столько позитивных эмоций, что в ее присутствии никто не мог долго оставаться мрачным.
- Мисс Калиэнте, Мэрилин Браун, которая должна сменить вас, заболела. У нее высокая температура. Не могли бы вы остаться на ее смену? – менеджер ожидала, что Дина тут же согласится, ведь она всегда была не прочь заработать сверхурочные. Но сейчас Дина отрицательно покачала головой.
- Извините, я не могу… у меня сегодня… - она вовремя опомнилась, и неосторожная фраза не слетела с ее губ. Дина Калиэнте была возлюбленной Мортимера Гота, который сейчас находился в путешествии, и значит, ни на какое свидание идти не могла, - девичник с сестрой… Она меня убьет, если я проведу эту ночь на работе…
Дина терпеть не могла лгать и старалась никогда не делать подобного, по крайней мере, с людьми, с которыми у нее были хорошие отношения. А Рита Орно входила в их число. С самого первого дня, как Дина приступила к работе в кафе «Метро», у нее с этим менеджером было полное взаимопонимание. А теперь, обманывая Риту, Дина чувствовала, как краска заливает ее лицо. Она опустила глаза и начала комкать край своего безукоризненного белоснежного фартука. Рита заметила это и нахмурилась.
- Не ожидала от тебя подобного… - они с Диной поняли друг друга с полуслова. Миссис Орно было невозможно провести, и к тому же менеджер, будучи патологически честным человеком, крайне отрицательно и нетерпимо относилась к лгунам. Дина покраснела еще сильней под ее осуждающим взглядом и, сопя носом, как провинившаяся школьница в кабинете директора, рассматривала узор на ковролине.
- Приступайте к работе, мисс Калиэнте, - стальным голосом сказала Рита Орно, делая на полях журнала пометку: «Дина Калиэнте – сверхурочные с 18.00 до 7.00. Двадцать пятое декабря.»
Рита знала, что Дина не будет возражать, и оказалась права.
Добавлено: 29 июн 2008, 18:53
Ахтунг! Эта серия содержит сцену отчень откровенного характера, поэтому если вам меньше шестнадцати - я вас предупредила. Особенно целомудренные вроде тоже предупрждены
Глава 5
Дина только и могла, что жалобно всхлипнуть в ответ на безапелляционное заявление начальницы. Сияющие зеленые глаза девушки потухли, и на нее свинцовым грузом навалилась накопившаяся за долгие часы работы усталость. Улыбка стекла с лица Дины, пухлые губы, подчеркнутые коралловой помадой, превратились в тонкую подрагивающую линию. Заметив произошедшую с девушкой перемену, менеджер все так же жестко прибавила:
- Не забывайте улыбаться. Сегодня Рождество, и не хотелось бы, чтоб вы портили посетителям настроение своим похоронным видом.
- Хорошо, мэм, - кивнула Дина, чувствуя подступающую к горлу тошноту. – Можно я только позвоню, предупрежу, что задержусь?..
- Можно, - Рита очень хотела узнать, КОГО именно будет предупреждать о свой задержке Дина, но чувство такта не позволило даме лезть с подобными расспросами с подчиненным. Девушка благодарно кивнула начальнице и на ватных ногах направилась в подсобку, где оставила сумочку.
«Только бы не оступиться…» - пронеслось в голове официантки. До того момента, как миссис Орно оставила ее работать сверхурочные, Дина чувствовала себя свежей, полной сил, а теперь она едва могла передвигать ногами. Она старалась высоко держать голову и продолжать улыбаться, но теперь это требовало от нее титанических усилий. Веселая музыка, раздававшаяся из динамиков, гомон беспечных посетителей отдавались в голове девушки такой невыносимой болью, что хотелось выть и кататься по полу, закрыв ладонями уши.
Обычно доброжелательно настроенная Дина сейчас испытывала страстное желание врезать кому-нибудь по лицу подносом, который ей предстояло держать в руках еще долгие часы. Перед глазами девушки все расплывалось радужными яркими пятнами, окружающие ее предметы и силуэты людей, наводнивших «Метро», казались ей бесформенными, размытыми. Дина с ужасом представила, что ее ждут еще тринадцать часов, в течение которых она едва ли сумеет улучить минутку, чтобы перехватить какой-нибудь гамбургер, и бесконечные перебежки из кухни в зал к довольным жизнью посетителям. День пролетел для нее как одно мгновение, ведь в течение всех этих бесконечных часов она с замиранием сердца мечтала, как вечером понежится в горячей ванной, накрасится, уложит свои роскошные золотистые волосы в прическу, наденет красивое платье, купленное специально для этого праздника, и наконец поедет на свидание с Беном… а теперь планы Дины рушились, как карточный домик. Ей предстояла тяжелейшая трудовая ночь и еще одно, не менее тяжелое дело: сообщить любимому о том, что свидание отменяется.
«Веселого Рождества, Дина Калиэнте! - горько усмехнувшись, подумала девушка. – Ты самая большая неудачница из всех, кто когда-либо рождался в этом мире!»
В подсобке стояла идеальная тишина, и девушке на минуту показалось, что она оглохла. Дина остановилась и помассировала виски подушечками пальцев. Ее зрение окончательно расфокусировалось: после полумрака зала, то тут, то там разрезаемого яркой светомузыкой, белоснежный кафель резал глаза. Девушка, опираясь ладонью о стену, медленным шагом продолжила путь.
Она всегда ловко и быстро открывала сумочку, но в этот раз язычок «молнии» выскальзывал из ее непослушных пальцев, словно издеваясь. По щеке Дины покатились слезы обиды и досады. Все шло совсем не так, как она хотела. Девушка поспешила стереть мокрые дорожки со щек – она не хотела, чтоб кто-нибудь застал ее плачущей.
Каждый длинный гудок заставлял ее сердце болезненно сжиматься. Дина с ужасом представляла, как расстроит и разозлит Бена своей новостью, и это было для нее настоящей трагедией. Провести тринадцать часов с подносом в руках вместо того, чтобы быть с мужчиной, которого любит всем сердцем. Может ли произойти с ней что-нибудь более страшное?..
- Привет, зайка, - Бен ответил на звонок. Услышав веселый голос любимого, Дина сразу же подумала, что он улыбается. Совсем как она пятнадцать минут назад.
- Привет, милый, - Дина постаралась придать голосу бодрое звучание, но она была настолько расстроена случившимся, что из ее затеи ничего не вышло. – Послушай, у меня неприятные новости… я подменяю одну девочку на работе. Менеджер попросила меня остаться, - жалобно добавила она, стараясь хоть как-то реабилитироваться в глазах Бена.
В течение долгих, бесконечно долгих и мучительных секунд Дина оставалась один на один с его дыханием. Девушке очень хотелось шмыгнуть забитым носом, но она сдерживала себя, не желая окончательно расстроить любимого. Она знала его слишком хорошо, чтоб отличить обиженное молчание от расстроенного. Лучше бы он разозлился! Лучше бы накричал на нее и бросил трубку!.. Но Бен просто молчал, и Дина словно видела его внутренним взором: он стоял, прижав к уху мобильник и опустив зеленые глаза, в которых она тонула бесконечными ночами, что они делили на двоих…
- Ну ладно, - он изо всех сил старался, чтоб она не услышала, как изменился его тон. – Во сколько ты заканчиваешь?
- Завтра в семь утра… - еле слышно ответила Дина, чувствуя себя так, словно на ее плечи легла чугунная плита.
- Ладно, - ровно ответил Бен, - пока.
Когда Дина услышала короткие гудки, ей показалось, что она обязательно сойдет с ума. Белокурая Калиэнте поспешила захлопнуть крышечку мобильного и убрать его в сумочку. Она постояла в подсобке еще пару минут, всхлипывая от досады, пока более или менее не успокоилась, и только потом, неверной рукой поправив макияж, направилась в зал.
Эта ночь была невыносимо тяжелой для всего персонала «Метро» и, как следствие, невероятно приятной для всех посетителей этого замечательного заведения. Рита Орно и официантки, не позволяя себе ни на секунду расслабиться, сновали между столиками, заботясь о том, чтоб никто не остался недоволен сервисом, расторопный бармен смешивал все новые и новые коктейли, а ди-джеи верхнего и нижнего танцполов поразили бы сегодня самых взыскательных и придирчивых критиков.
Неудивительно, что утром, когда к зданию кафе начали то и дело подъезжать ярко-желтые такси, развозившие посетителей по домам, Дина уже не чувствовала собственного тела. Последние три часа она все делала на автопилоте, но когда ее сверхурочные закончились, девушка ощутила, как на нее без всякой жалости и предупреждения обрушилась усталость, накопившаяся за почти целые сутки работы.
Смена, длившаяся бесконечно долго, наконец закончилась, и официантки, приободрившись, гуськом потянулись в подсобное помещение за вещами. Дине, чтоб переодеться, потребовалось втрое больше времени, чем другим девушкам. Когда она застегнула непослушными пальцами «молнию», последняя официантка из смены Мэрилин вышла из подсобки, попрощавшись с белокурой Калиэнте и пожелав ей счастливого Рождества. Дина ответила ей шепотом, потому что у нее не было сил даже на то, чтоб говорить.
Бедняжку мучила жажда, и она налила себе воды из высокого графина, стоявшего на видавшем виды столике. Однако стоило красавице сделать небольшой глоток, как к горлу подступила невыносимая тошнота. Дина едва нашла в себе силы сдержать рвотный позыв и проглотила горький комок.
«Доработалась…» - вздохнув, подумала девушка и, повесив на плечо сумочку, направилась к выходу из кафе.
Несмотря на низкую температуру, холодно не было, и все же Дина плотнее надвинула вязаный берет на голову – она почувствовала озноб, вероятно, сказывалась нечеловеческая усталость.
- Дина! – девушка вздрогнула от неожиданности. Звук любимого голоса заставил ее вмиг забыть об усталости, недомогании и улыбнуться. Девушка обернулась.
Бен стоял, облокотившись на капот своего автомобиля, и потягивал что-то горячее, вероятно, растворимый кофе из пластикового стаканчика.
Он улыбался в ответ девушке той самой нежной и обаятельной улыбкой, которую она так любила. Белокурая Калиэнте подошла к любимому, и Бен взял ее за руку. Дина поежилась: его пальцы были холодны, как лед. Видимо, доктор Лонг ожидал девушку уже довольно долго.
- Поехали ко мне, - он не спрашивал ее согласия, а скорее мягко констатировал факт. Дина даже не думала возражать: она села на переднее сиденье и, не успел любимый повернуть ключ, уже мирно посапывала, свернувшись калачиком.
Доктор Лонг с нежностью и состраданием посмотрел на свою красавицу: она выглядела совершенно разбитой после сверхурочных. Не удержавшись, Бен легко коснулся ее лба ладонью, убирая под головной убор выбившиеся светлые пряди. Дина, чей сон был еще чуток, поерзала на сиденье, устраиваясь поудобнее, и забавно шмыгнув носом, прошептала его имя. Сердце Бена сладко сжалось и быстро забилось в груди. Он закричал бы от радости, если б не боялся разбудить свое единственное сокровище. Доктором овладело ощущение теплоты и покоя. Ушла досада, оставшаяся после праздничной ночи, проведенной в одиночестве. Сейчас ему было все равно, что происходит вокруг – лишь бы никто не отнял у него его ангела, спящего на переднем сиденье автомобиля.
Час спустя машина подъехала к дому Бена, находившемуся недалеко от моста, соединяющего Блуотер и Плезантвью. Дина по-прежнему спала. Бен со всей осторожностью, стараясь не потревожить, взял ее на руки и понес в дом так, точно в его руках была какая-то хрупкая, удивительной редкости и красоты драгоценность, хотя… никакую хрупкую драгоценность он не стал бы оберегать так, как эту юную светловолосую девушку, которую сейчас прижимал к груди.
Бен уложил Дину на кровать и освободил ее от верхней одежды. На мгновение он задержал взгляд на ее хрупкой фигурке и сладко вздрогнул. Соблазн был велик, и Бен был не в силах справиться с собой. Он стянул с девушки старенькие джинсы, свитер, скинул с себя всю одежду и прильнул к любимой всем телом, обвив руками ее талию. Но когда его теплые губы коснулись ее обнаженной шеи в том месте, где под смуглой кожей билась синяя жилка, Дина сонно прошептала:
- Милый, так устала…
Доктор Лонг ласково погладил ее живот и прошептал:
- Спи, любовь моя…
Когда Дина Калиэнте открыла глаза, над городом уже стояла ночь. Бен сидел в кресле возле зашторенного окна и курил, щурясь от приглушенного света бра. Девушка приподнялась на локтях, любуясь силуэтом любимого, его профилем… увидел ли Бен, что она проснулась, или почувствовал взгляд ее зеленых глаз?
- Выспалась? – негромко спросил он, затушив сигарету о круглую пепельницу и улыбаясь девушке.
- Ага, - кивнула Дина. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Влюбленным не нужно было слов, они просто наслаждались ощущением удивительного тепла, простым, тихим счастьем, которое испытывали, находясь рядом.
- Иди ко мне… - наконец тихонько попросила Дина.
Бен поднялся с кресла и подошел к кровати. Опускаясь на простыни рядом со своим ангелом, он с наслаждением ощутил нежный запах ее духов. Девушка обвила шею любимого тонкими руками и прижалась к нему всем телом.
Они больше не говорили друг другу ни слова. Бен нежно коснулся губами приоткрытых губ Дины, приоткрыв их своими губами для поцелуя. Дина обвила его шею, и прежде, чем он успел наградить ее долгим, обжигающим поцелуем, принялась сама целовать губы и лицо возлюбленного, иногда проводя кончиком упругого дразнящего языка по его коже, сводящей с ума одним только своим особым запахом. Бен провел ладонями по ее спине, бокам, а затем его пальцы коснулись упругой груди девушки, скрытой под кружевным бюстгальтером. Ему пришлось немного повозиться с хитромудыми крючками, но когда доктор наконец избавил любимую от ставшего ненужным предмета одежды и легонько провел кончиками пальцев по ее напрягшимся соскам, девушка, разорвав страстный поцелуй, негромко застонала от возбуждения, захватившего ее.
Их ласки напоминали сражение, и в то же время каждый старался доставить другому такое безумное наслаждение, какое только мог. Бен с удивлением обнаружил, что лежит на спине, а Дина, ласкаясь всем своим обнаженным гладким телом, уже оказалась над ним. Она удерживала свой вес на локтях и коленях, и расстояние между их возбужденными телами едва ли было больше сантиметра. Это была сладкая пытка для обоих, и доктор не спешил ее прервать, зная, что потом Дина отплатит еще большей страстью.
Его ладонь, лаская ее упругий живот, скользнула вниз, под трусики, и пальцы мягко погладили набухший клитор. Девушка застонала еще громче и, выгнув спину, как кошка, повела бедрами вперед, навстречу ласке. Бен чуть заметно ухмыльнулся – теперь пришла его очередь взять ситуацию под контроль. Он неторопливо поглаживал пульсирующую плоть, и ощущение ее тела, то и дело вздрагивающего от страстного желания, ее запах, сама она в его объятиях подвели его к самому краю. Не желая сил сдерживаться дальше, Бен стянул с себя трусы свободной рукой и поднял бедра вверх, входя в любимую женщину. Она двинулась ему навстречу, застонав от нетерпения. Несколько мгновений они не шевелились, давая друг другу возможность привыкнуть друг к другу, а затем Дина, опершись ладонями о грудь Бена, начала двигаться. Медленно, издевательски, точно желая отомстить любимому. Его ладони легли на ее талию, и Бен принялся двигаться девушке навстречу, задавая темп. Каждое следующее движение было быстрее предыдущего, Дина полностью насаживалась на член Бена и поднимала бедра так, чтоб он выскальзывал из нее до самого конца. С ее припухших губ слетали громкие стоны, зеленые глаза сверкали, как звезды, золотистые волосы рассыпались по плечам. Тяжелое дыхание Бена сливалось воедино со звуком ее собственного голоса, сводя с ума, заставляя терять чувство реальности.
Одно особенно резкое движение… последнее, что она заметила, - это то, как выгнулся Бен. Его гортанный вскрик слился с ее длинным, протяжным стоном: по телу Дины пробежала сладкая судорога, в глазах потемнело. Девушка уронила голову на грудь, чувствуя, как начинают сокращаться ее мышцы, обхватывая подрагивающий член Бена. Еще секунда – и волна удовольствия накрыла их обоих с головой, окончательно огородив от реального мира.
Дина понятия не имела, сколько времени просидела верхом на бедрах Бена, неизвестно какими силами удерживаясь в горизонтальном положении. Когда она начала понемногу приходить в себя, то поняла, что лежит, прижимаясь к любимому, а он осторожно поглаживает ее обнаженное смуглое плечико. Дина, улыбаясь, провела ладонью по груди доктора и коротко охнула, почувствовав, как пульсирует под ее легкой лаской расцарапанная ногтями кожа.
- Прости меня… - еле слышно прошептала она. – Я… я не хотела…
Бен приглушенно засмеялся.
- Какая же ты глупенькая…
- Тебе… очень больно?.. – в голосе Дины слышался нешуточный испуг.
Бен приподнялся на локте и, обвив талию девушки руками, горячо поцеловал ее в губы.
- Я безумно люблю тебя, Дина.
Глава 5
Дина только и могла, что жалобно всхлипнуть в ответ на безапелляционное заявление начальницы. Сияющие зеленые глаза девушки потухли, и на нее свинцовым грузом навалилась накопившаяся за долгие часы работы усталость. Улыбка стекла с лица Дины, пухлые губы, подчеркнутые коралловой помадой, превратились в тонкую подрагивающую линию. Заметив произошедшую с девушкой перемену, менеджер все так же жестко прибавила:
- Не забывайте улыбаться. Сегодня Рождество, и не хотелось бы, чтоб вы портили посетителям настроение своим похоронным видом.
- Хорошо, мэм, - кивнула Дина, чувствуя подступающую к горлу тошноту. – Можно я только позвоню, предупрежу, что задержусь?..
- Можно, - Рита очень хотела узнать, КОГО именно будет предупреждать о свой задержке Дина, но чувство такта не позволило даме лезть с подобными расспросами с подчиненным. Девушка благодарно кивнула начальнице и на ватных ногах направилась в подсобку, где оставила сумочку.
«Только бы не оступиться…» - пронеслось в голове официантки. До того момента, как миссис Орно оставила ее работать сверхурочные, Дина чувствовала себя свежей, полной сил, а теперь она едва могла передвигать ногами. Она старалась высоко держать голову и продолжать улыбаться, но теперь это требовало от нее титанических усилий. Веселая музыка, раздававшаяся из динамиков, гомон беспечных посетителей отдавались в голове девушки такой невыносимой болью, что хотелось выть и кататься по полу, закрыв ладонями уши.
Обычно доброжелательно настроенная Дина сейчас испытывала страстное желание врезать кому-нибудь по лицу подносом, который ей предстояло держать в руках еще долгие часы. Перед глазами девушки все расплывалось радужными яркими пятнами, окружающие ее предметы и силуэты людей, наводнивших «Метро», казались ей бесформенными, размытыми. Дина с ужасом представила, что ее ждут еще тринадцать часов, в течение которых она едва ли сумеет улучить минутку, чтобы перехватить какой-нибудь гамбургер, и бесконечные перебежки из кухни в зал к довольным жизнью посетителям. День пролетел для нее как одно мгновение, ведь в течение всех этих бесконечных часов она с замиранием сердца мечтала, как вечером понежится в горячей ванной, накрасится, уложит свои роскошные золотистые волосы в прическу, наденет красивое платье, купленное специально для этого праздника, и наконец поедет на свидание с Беном… а теперь планы Дины рушились, как карточный домик. Ей предстояла тяжелейшая трудовая ночь и еще одно, не менее тяжелое дело: сообщить любимому о том, что свидание отменяется.
«Веселого Рождества, Дина Калиэнте! - горько усмехнувшись, подумала девушка. – Ты самая большая неудачница из всех, кто когда-либо рождался в этом мире!»
В подсобке стояла идеальная тишина, и девушке на минуту показалось, что она оглохла. Дина остановилась и помассировала виски подушечками пальцев. Ее зрение окончательно расфокусировалось: после полумрака зала, то тут, то там разрезаемого яркой светомузыкой, белоснежный кафель резал глаза. Девушка, опираясь ладонью о стену, медленным шагом продолжила путь.
Она всегда ловко и быстро открывала сумочку, но в этот раз язычок «молнии» выскальзывал из ее непослушных пальцев, словно издеваясь. По щеке Дины покатились слезы обиды и досады. Все шло совсем не так, как она хотела. Девушка поспешила стереть мокрые дорожки со щек – она не хотела, чтоб кто-нибудь застал ее плачущей.
Каждый длинный гудок заставлял ее сердце болезненно сжиматься. Дина с ужасом представляла, как расстроит и разозлит Бена своей новостью, и это было для нее настоящей трагедией. Провести тринадцать часов с подносом в руках вместо того, чтобы быть с мужчиной, которого любит всем сердцем. Может ли произойти с ней что-нибудь более страшное?..
- Привет, зайка, - Бен ответил на звонок. Услышав веселый голос любимого, Дина сразу же подумала, что он улыбается. Совсем как она пятнадцать минут назад.
- Привет, милый, - Дина постаралась придать голосу бодрое звучание, но она была настолько расстроена случившимся, что из ее затеи ничего не вышло. – Послушай, у меня неприятные новости… я подменяю одну девочку на работе. Менеджер попросила меня остаться, - жалобно добавила она, стараясь хоть как-то реабилитироваться в глазах Бена.
В течение долгих, бесконечно долгих и мучительных секунд Дина оставалась один на один с его дыханием. Девушке очень хотелось шмыгнуть забитым носом, но она сдерживала себя, не желая окончательно расстроить любимого. Она знала его слишком хорошо, чтоб отличить обиженное молчание от расстроенного. Лучше бы он разозлился! Лучше бы накричал на нее и бросил трубку!.. Но Бен просто молчал, и Дина словно видела его внутренним взором: он стоял, прижав к уху мобильник и опустив зеленые глаза, в которых она тонула бесконечными ночами, что они делили на двоих…
- Ну ладно, - он изо всех сил старался, чтоб она не услышала, как изменился его тон. – Во сколько ты заканчиваешь?
- Завтра в семь утра… - еле слышно ответила Дина, чувствуя себя так, словно на ее плечи легла чугунная плита.
- Ладно, - ровно ответил Бен, - пока.
Когда Дина услышала короткие гудки, ей показалось, что она обязательно сойдет с ума. Белокурая Калиэнте поспешила захлопнуть крышечку мобильного и убрать его в сумочку. Она постояла в подсобке еще пару минут, всхлипывая от досады, пока более или менее не успокоилась, и только потом, неверной рукой поправив макияж, направилась в зал.
Эта ночь была невыносимо тяжелой для всего персонала «Метро» и, как следствие, невероятно приятной для всех посетителей этого замечательного заведения. Рита Орно и официантки, не позволяя себе ни на секунду расслабиться, сновали между столиками, заботясь о том, чтоб никто не остался недоволен сервисом, расторопный бармен смешивал все новые и новые коктейли, а ди-джеи верхнего и нижнего танцполов поразили бы сегодня самых взыскательных и придирчивых критиков.
Неудивительно, что утром, когда к зданию кафе начали то и дело подъезжать ярко-желтые такси, развозившие посетителей по домам, Дина уже не чувствовала собственного тела. Последние три часа она все делала на автопилоте, но когда ее сверхурочные закончились, девушка ощутила, как на нее без всякой жалости и предупреждения обрушилась усталость, накопившаяся за почти целые сутки работы.
Смена, длившаяся бесконечно долго, наконец закончилась, и официантки, приободрившись, гуськом потянулись в подсобное помещение за вещами. Дине, чтоб переодеться, потребовалось втрое больше времени, чем другим девушкам. Когда она застегнула непослушными пальцами «молнию», последняя официантка из смены Мэрилин вышла из подсобки, попрощавшись с белокурой Калиэнте и пожелав ей счастливого Рождества. Дина ответила ей шепотом, потому что у нее не было сил даже на то, чтоб говорить.
Бедняжку мучила жажда, и она налила себе воды из высокого графина, стоявшего на видавшем виды столике. Однако стоило красавице сделать небольшой глоток, как к горлу подступила невыносимая тошнота. Дина едва нашла в себе силы сдержать рвотный позыв и проглотила горький комок.
«Доработалась…» - вздохнув, подумала девушка и, повесив на плечо сумочку, направилась к выходу из кафе.
Несмотря на низкую температуру, холодно не было, и все же Дина плотнее надвинула вязаный берет на голову – она почувствовала озноб, вероятно, сказывалась нечеловеческая усталость.
- Дина! – девушка вздрогнула от неожиданности. Звук любимого голоса заставил ее вмиг забыть об усталости, недомогании и улыбнуться. Девушка обернулась.
Бен стоял, облокотившись на капот своего автомобиля, и потягивал что-то горячее, вероятно, растворимый кофе из пластикового стаканчика.
Он улыбался в ответ девушке той самой нежной и обаятельной улыбкой, которую она так любила. Белокурая Калиэнте подошла к любимому, и Бен взял ее за руку. Дина поежилась: его пальцы были холодны, как лед. Видимо, доктор Лонг ожидал девушку уже довольно долго.
- Поехали ко мне, - он не спрашивал ее согласия, а скорее мягко констатировал факт. Дина даже не думала возражать: она села на переднее сиденье и, не успел любимый повернуть ключ, уже мирно посапывала, свернувшись калачиком.
Доктор Лонг с нежностью и состраданием посмотрел на свою красавицу: она выглядела совершенно разбитой после сверхурочных. Не удержавшись, Бен легко коснулся ее лба ладонью, убирая под головной убор выбившиеся светлые пряди. Дина, чей сон был еще чуток, поерзала на сиденье, устраиваясь поудобнее, и забавно шмыгнув носом, прошептала его имя. Сердце Бена сладко сжалось и быстро забилось в груди. Он закричал бы от радости, если б не боялся разбудить свое единственное сокровище. Доктором овладело ощущение теплоты и покоя. Ушла досада, оставшаяся после праздничной ночи, проведенной в одиночестве. Сейчас ему было все равно, что происходит вокруг – лишь бы никто не отнял у него его ангела, спящего на переднем сиденье автомобиля.
Час спустя машина подъехала к дому Бена, находившемуся недалеко от моста, соединяющего Блуотер и Плезантвью. Дина по-прежнему спала. Бен со всей осторожностью, стараясь не потревожить, взял ее на руки и понес в дом так, точно в его руках была какая-то хрупкая, удивительной редкости и красоты драгоценность, хотя… никакую хрупкую драгоценность он не стал бы оберегать так, как эту юную светловолосую девушку, которую сейчас прижимал к груди.
Бен уложил Дину на кровать и освободил ее от верхней одежды. На мгновение он задержал взгляд на ее хрупкой фигурке и сладко вздрогнул. Соблазн был велик, и Бен был не в силах справиться с собой. Он стянул с девушки старенькие джинсы, свитер, скинул с себя всю одежду и прильнул к любимой всем телом, обвив руками ее талию. Но когда его теплые губы коснулись ее обнаженной шеи в том месте, где под смуглой кожей билась синяя жилка, Дина сонно прошептала:
- Милый, так устала…
Доктор Лонг ласково погладил ее живот и прошептал:
- Спи, любовь моя…
Когда Дина Калиэнте открыла глаза, над городом уже стояла ночь. Бен сидел в кресле возле зашторенного окна и курил, щурясь от приглушенного света бра. Девушка приподнялась на локтях, любуясь силуэтом любимого, его профилем… увидел ли Бен, что она проснулась, или почувствовал взгляд ее зеленых глаз?
- Выспалась? – негромко спросил он, затушив сигарету о круглую пепельницу и улыбаясь девушке.
- Ага, - кивнула Дина. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Влюбленным не нужно было слов, они просто наслаждались ощущением удивительного тепла, простым, тихим счастьем, которое испытывали, находясь рядом.
- Иди ко мне… - наконец тихонько попросила Дина.
Бен поднялся с кресла и подошел к кровати. Опускаясь на простыни рядом со своим ангелом, он с наслаждением ощутил нежный запах ее духов. Девушка обвила шею любимого тонкими руками и прижалась к нему всем телом.
Они больше не говорили друг другу ни слова. Бен нежно коснулся губами приоткрытых губ Дины, приоткрыв их своими губами для поцелуя. Дина обвила его шею, и прежде, чем он успел наградить ее долгим, обжигающим поцелуем, принялась сама целовать губы и лицо возлюбленного, иногда проводя кончиком упругого дразнящего языка по его коже, сводящей с ума одним только своим особым запахом. Бен провел ладонями по ее спине, бокам, а затем его пальцы коснулись упругой груди девушки, скрытой под кружевным бюстгальтером. Ему пришлось немного повозиться с хитромудыми крючками, но когда доктор наконец избавил любимую от ставшего ненужным предмета одежды и легонько провел кончиками пальцев по ее напрягшимся соскам, девушка, разорвав страстный поцелуй, негромко застонала от возбуждения, захватившего ее.
Их ласки напоминали сражение, и в то же время каждый старался доставить другому такое безумное наслаждение, какое только мог. Бен с удивлением обнаружил, что лежит на спине, а Дина, ласкаясь всем своим обнаженным гладким телом, уже оказалась над ним. Она удерживала свой вес на локтях и коленях, и расстояние между их возбужденными телами едва ли было больше сантиметра. Это была сладкая пытка для обоих, и доктор не спешил ее прервать, зная, что потом Дина отплатит еще большей страстью.
Его ладонь, лаская ее упругий живот, скользнула вниз, под трусики, и пальцы мягко погладили набухший клитор. Девушка застонала еще громче и, выгнув спину, как кошка, повела бедрами вперед, навстречу ласке. Бен чуть заметно ухмыльнулся – теперь пришла его очередь взять ситуацию под контроль. Он неторопливо поглаживал пульсирующую плоть, и ощущение ее тела, то и дело вздрагивающего от страстного желания, ее запах, сама она в его объятиях подвели его к самому краю. Не желая сил сдерживаться дальше, Бен стянул с себя трусы свободной рукой и поднял бедра вверх, входя в любимую женщину. Она двинулась ему навстречу, застонав от нетерпения. Несколько мгновений они не шевелились, давая друг другу возможность привыкнуть друг к другу, а затем Дина, опершись ладонями о грудь Бена, начала двигаться. Медленно, издевательски, точно желая отомстить любимому. Его ладони легли на ее талию, и Бен принялся двигаться девушке навстречу, задавая темп. Каждое следующее движение было быстрее предыдущего, Дина полностью насаживалась на член Бена и поднимала бедра так, чтоб он выскальзывал из нее до самого конца. С ее припухших губ слетали громкие стоны, зеленые глаза сверкали, как звезды, золотистые волосы рассыпались по плечам. Тяжелое дыхание Бена сливалось воедино со звуком ее собственного голоса, сводя с ума, заставляя терять чувство реальности.
Одно особенно резкое движение… последнее, что она заметила, - это то, как выгнулся Бен. Его гортанный вскрик слился с ее длинным, протяжным стоном: по телу Дины пробежала сладкая судорога, в глазах потемнело. Девушка уронила голову на грудь, чувствуя, как начинают сокращаться ее мышцы, обхватывая подрагивающий член Бена. Еще секунда – и волна удовольствия накрыла их обоих с головой, окончательно огородив от реального мира.
Дина понятия не имела, сколько времени просидела верхом на бедрах Бена, неизвестно какими силами удерживаясь в горизонтальном положении. Когда она начала понемногу приходить в себя, то поняла, что лежит, прижимаясь к любимому, а он осторожно поглаживает ее обнаженное смуглое плечико. Дина, улыбаясь, провела ладонью по груди доктора и коротко охнула, почувствовав, как пульсирует под ее легкой лаской расцарапанная ногтями кожа.
- Прости меня… - еле слышно прошептала она. – Я… я не хотела…
Бен приглушенно засмеялся.
- Какая же ты глупенькая…
- Тебе… очень больно?.. – в голосе Дины слышался нешуточный испуг.
Бен приподнялся на локте и, обвив талию девушки руками, горячо поцеловал ее в губы.
- Я безумно люблю тебя, Дина.
Добавлено: 29 июн 2008, 21:22
Красотищааа, Динка рулит, Бен рулит, все рулят. Ловите одуван )))) 
Добавлено: 29 июн 2008, 21:32
Большое спасибо, очень приятно получить отзыв за сложную во многих отношениях серию)
Добавлено: 29 июн 2008, 21:34
Та не за что, дружественному сериалу ишо один одуван
Добавлено: 29 июн 2008, 21:35
А я тож одуван поймаю, мур))
Все-таки моя заслуга в этом сериальчике есть))
Все-таки моя заслуга в этом сериальчике есть))